Поиск по сайту

Жанры народной прозы и поверья

Александра Васильевна Дмитриева (1920 г. р.) из д. Демиденки рассказывала, что уже на сватовст­ве жениха и невесту БЛАГОСЛОВЛЯЛИ, а потом девушку увозили в дом жениха, где она жила до свадьбы. «Ну, значит угаварйлися — благаславляют
их [жениха и невесту]. Берётца икона и благаслав-ляют на всю жизнь. Тада парень с радйтелями и с дёвушкай идут дамой. И живут, гатовятца к свадь­бы» (Демиденки 2965-12).
Нередки свидетельства, что девушек выдавали замуж насильно, не спрашивая их согласия. «А вот приходя[т] атёц с матерью и вот сватаютца. Сасва-тают и идут. А невеста… Хошь и ня хошь, атдаду[т] и всё! За табой нет ничб. И жили. И тяжёлая была ёта жизнь, а всё равно жили. И вот хошь ня хошь, а живи, и падчиняйси, и уважай: и мужука, и сямью, и свякровку, и свёкара, и явоныи сестры — всих ува­жай и живи» (Бёрдово 2970-14).
Есть свидетельства, что невесту «ПРОПИВА­ЛИ» — крестная голосила по ней, приговаривала: «Пропили невесту!» (Лог 2982-16; Поддубье 2195-32).
ПЕРИОД ПОДГОТОВКИ К СВАДЬБЕ
На сватовстве решали хозяйственные вопросы, договаривались о дне свадьбы.
Подготовка к свадьбе занимала в среднем две не­дели. «А хто как справивши, хто как может. Если хто могет дёлыть раньше — раньше дёлыют, а кто не пад-гатовивши, так пака падгатовютца» (Крюково 2970-10). Необходимо было заготовить продукты, чтобы «справить стол». «И живут, гатбвятца к свадьбы. Там закупать [надо] угащёнье, разные яства там» (Деми­денки 2965-12). Готовясь к свадебному застолью, «калоли, зарезали парасёнка, лйба там авцу ль, телён­ка ль убивали, делали халадёц, тушёнку — картошку с мясом тушили, пригатавляли» (Крюково 2970-10).
В течение периода от просватания до свадьбы к невесте приходили девушки и помогали ей в подго­товке ПРИДАНОГО: ткали, шили, вышивали по­лотенца, салфетки, покрывала на постель и др. Не­веста готовила «проки» — дары для жениховой род­ни. За работой девушки пели невесте свадебные песни, невеста причитала.
В один из дней после сватовства невестины ро­дители СМОТРЕЛИ ДОМ ЖЕНИХА — «хлеб смот­рели» (Быстро 2193-27), «дымничали», «дымники ездили».2 Богатым считался тот жених, у которого было три лошади и несколько коров.
КАНУН СВАДЕБНОГО ДНЯ. ОБРЯДОВАЯ БАНЯ
Вечером, накануне свадьбы или утром венчаль­ного дня невеста ходила мыться в баню. Сведения об этом зафиксированы в Дубровенской и Ясен-ской волостях Порховского района.
В Дубровенской волости баенный обряд пред­стает как детально разработанный ритуальный комплекс, с которым связано исполнение сольных и
хоровых причитаний — «приплакывают в канун свадьбы», «маладая галосила, плакала». «Моютца с ей [невестой] свай — намывают», а «маладёжь ско-питца, девки» и «пели окала бани, пака невеста мо-етца», подруги пели невесте «Волю» (Готовино 2206-12). В некоторых деревнях Дубровенской во­лости вместе с невестой в баню ходила «повуялыци-ца» (Поддубье 2195-31).
Непосредственной участницей обрядового дей­ствия была мать невесты. По одним рассказам, мать водила невесту в баню и голосила по ней. «Мать голосит по дочкам. По дочке причитывала. Вымо-ютца, с бани и идут. Мать ведёт, адна причитает:
Ах ты, дарагая ты мая дрчинька,
Последний раз я тебя праважаю со парной баенки.
Смылась твая девичья краса,
Пойдёшь ты не к роднай мамушки,
Не к роднаму батюшки.
<…> С бани идут, и приголашивает, приплакы-вает мать» (Степерино 2207-27, 28).
Судя по другим свидетельствам, мать не ходила в баню вместе с дочерью, а оставалась дома, при­читала, сидя у окна. «Невеста идёт в баню, там гу­ляет, а мать, коли летом идё[т], оплакыват ёну в акошка» (Поддубье 2196-30). Когда девушка под­ходила к дому, она тоже начинала причитать. «[Не­веста] подходит под акошка и начинаит плакать. Там минутачка малинька — поплачит, пройдёт. Мать причитала, голосила:
Ты гуляй-каси, ты моё мйлыя дитёначка, Как пыд своим-та ты
окошичкым-та красным, Поостатнии часы-та ты минутычки —
красный дёвушкай…»
Невеста в ответ причитала:
«Как пыглядй-ка ты, моя
родненькыя мамушка, Как ны меня-та, горькаю сиротычку, Паслёднии часы-мин^тычки —
красный-та дёвушкай»
(Поддубье 2196-34, 35).
По словам причетниц, напевы сольных причи­таний невесты и матери не отличались: «…невеста причитывала тоже так, матйв такой всё» (Поддубье 2196-35).
ЗАЗЫВАНИЕ ГОСТЕЙ НА СВАДЬБУ
Если невесту водили в баню накануне венчаль­ного дня, то после этого невеста с подругами ходи­ла по деревне и приглашала родных и гостей на свадьбу. Описания этого обряда были осуществле­ны только в Ясенской волости Порховского райо­на: «В байне вымоютца, патом пайдут па роды сва­ей — на свадьбу приглашали». Невеста шла впереди — «хадйла проста так адёвши, как вси, платом на-
крыта», за ней — подруги. Во время шествия по де­ревне девушки причитали («водили голосом»), подхватывая причет за старушкой, которая «боль­ше знала». Зафиксировать тексты хоровых причи­таний, связанных с этим моментом обряда, уже не удалось (Качурицы 2204-12, 36, 38; Ясно 2175-05).
Если родные невесты жили в другой деревне, то зазывать их на свадьбу ездили на лошадях (Деми-денки 2965-12).
На территории Порховского района был рас­пространен обряд зазывания на свадьбу умерших родителей невестой-сиротой. Рассказы об этом запи­саны, например, в Ясенской волости.
Невеста кликала родителей — причитала — «на крестах» (на перекрестке), на краю деревни, на до­роге, клала поклоны:
«Приди, прилятй ко мне, мой родный батюшка, Благаславй меня, горькую сиротушку, Атправь меня в чужу-дальную старонушку,
в чужую семеюшку. Папрасй ты тым радйтилям, Штоб ни абижали миня, горькую бясчастную,
горькую гарятинушку. И папрасй ты маёй удалай галбвушке, Штоб абращался кул меня,
как горькай сиротушке»
(Жидовичи 2184-21).
В отдельных деревнях невеста и подруги ЕЗ­ДИЛИ НА КЛАДБИЩЕ. Подружки «приплаки-вали», жалели невесту, а она голосила. «На клад-бишше ёздиют. В каво, може, умерши мать или атёц. На кладбишши разряшёния в ей просют, то­же голасам плачут. Приезжают на кладбишше -гаварят [причитывают]:
Ты расшанйсь-ка, свет сыра зямёлюшка, И аткройся, грабава даска. Ты встань, мая родненькыя мамушка, Благаславй меня, горькую сиротушку,
в чужйи чужанйтили. Как мне придё[т] вялйкая горюшка, К каму ж я приду с горем вялйкиим? Как мне загаварйт мая миленькая мамушка? Ва сырой зямёлюшке ранешинька. Я аставши гбрькаю сиротушкай. И как мне, ня знаю,
правястй Зта времечка?»
(Качурицы 2211-06).
ВЕЗУТ ПРИДАНОЕ В ДОМ ЖЕНИХА
Накануне свадьбы «СУНДУК ПРИВОЗИЛИ»,
невеста развешивала приданое — «украшала дом же­ниха» к предстоящей свадьбе. «Вот приязжая — сун­дук привозя[т]. Ну, гаварйли:
Ну, пяньковая снимайти, А мы шалковая павёсим!»
(Бёрдово 2970-14).
Тем самым невеста «паказывала, што у ей есть, какая яна рукадёльная» (Девонисово 2965-12). Этот
обряд — одно из наиболее ярких воспоминаний о свадьбе, сохранившихся в памяти многих людей. «Примерна, завтра будет свадьба, уже паёдут вян-чатца. А сяводня анё уже всё приводют в парядак, убирают. Палатёнца навешан, всё вышитый. В из­бы навешан, на передний угал навешан всё. Всё убрана! Вакруг — изба вся. Аттуда и до этава угла -всё убрана» (Крюково 2970-10).
Приданое вывешивалось для всеобщего обозре­ния. Каждый деревенский житель мог зайти в дом жениха и оценить рукоделие невесты. «Бывала, зна­чит, вси невестины "проки", што яна зная, вывиша-ют. Абвёшают избу-та. "Проки" уже свай паказы-вает. Ну вот, примерна, на кравати пастелен пакры-вала какое тканае, или палатёнца разный ткали, салфетки. Натянута вярёвка кругом избы, и наве­шан всё эта» (Девонисово 2966-08).
Если по каким-либо причинам у невесты было недостаточно приданого (девушка из бедной семьи, сирота), то занимали у соседей. «А была так, што и в людях брали — вот нет в тябя, нет на свадьбу [при­даного]. А ведь народ — што сечас такой был, то и раньши. Скажут: "Ну, навешала. Люди сделали, а яна навешала". Так эта, если и сейчас што-нибудь всё так с падсмёшкай, и раньши так была» (Девони­сово 2966-08).
По некоторым рассказам, приданое перевозили во время отъезда молодых под венец. «Уже к венцу уехали. А ёта привозют [приданое]. Как уедут, так сряду приязжаю[т], сундук забираю[т], дабро, што в тебе справлена. Привозют, вот и вешают» (Бёрдово 2970-14).
После свадьбы приданое убиралось в сундуки и использовалось только по праздникам: «И патбм Паска буде[т] — празник. Апять павёшает, а патбм снимают» (Бёрдово 2970-14).
УТРО ВЕНЧАЛЬНОГО ДНЯ. ЧЕСАНИЕ КОСЫ
Утром в день свадьбы к невесте приходили по­други и собирали ее под венец, расплетали косу и чесали волосы. Невесту сажали посреди изб,ы на квашню (или кадку, стул, табурет), накрытую шу­бой, вывернутой кверху шерстью. «Када пад венец справляли, часали воласы, косы заплятали падруги, с каторым ана дружила» (Крюково 2970-10). Невес­та причитала: «Всё падайдйти-ка, убярйти буйную маю галовушку» (Жидовичи 2184-19).
Во время чесания головы подруги голосили «хором». Они по очереди подзывали родственни­ков невесты — «вызывали, каво надо»:

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Когда отмечают День города Пскова
  • В Пскове подошел к концу ремонт четырех дворов
  • Интересные факты о Пскове
  • АТО близка к завершению
  • Интересное