Поиск по сайту

Власть и общество в эпоху смуты

Прежнего воеводу арестовали и позднее убили: «болярина же Петра Никитича Шереметева в темницы удавиша». Вскоре из Тушина в Псков прибыла новая администрация и псковским воеводой стал сторонник самозванца князь Александр Жирово-го-Засекин6. Однако наиболее важной фигурой в администрации Пскова стал дьяк Иван Леонтьевич Луговской или Льговский, «добрый муж в разуме и в сединах». Луговской был опытным приказным дельцом, продержавшимся в Пскове не менее трех лет. Видимо, благодаря его усилиям в Пскове сохранилась регулярная система управления, включавшая в себя сбор налогов для тушинского правительства («поголовщина») и оборонительные мероприятия, в том числе отправку служилых людей в ближнюю полковую службу на Великие Луки.
Захват Пскова, не прерывавшего в это время интенсивную торговлю с Прибалтикой, стал для Лжедмитрия II крупнейшим успехом, но тушинская администрация Пскова оказалась в сложном положении. Город подвергался усиливавшемуся натиску новгородского поместного ополчения, твердо сохранявшего верность правительству Шуйского. В Пскове началась внутренняя борьба, происхождение и характер которой во многом неясны. В летописи эти события названы «несказанными» — летописец затруднялся подобрать точную дефиницию для их определения. В литературе лето 1609 г. в Пскове традиционно интерпретируется как «высшая точка борьбы классов» и восстание меньших людей, в ходе которого «угнетенная масса выдвинула из своей среды вождя народного движения — Тимофея Кудекушу»7. Рассмотрим свидетельства источников.
Часть жителей Пскова — духовенство, «большие люди», оставшиеся в городе дети боярские — стремились вернуть город под власть законного царя Шуйского. «Ратные люди, стрельцы и казаки, и мелкие люди и поселяне» сохраняли верность «вору». Во время нападения на Псков новгородского отряда Шарова 19-21 мая в городе были осуществлены экстраординарные меры: «измены для у бояр коней отняли, и стрельцам дали выезжати против новгородцов, а отъезжих боярынь в полаты пересажали и
животы переписали; и новгородцы прочь пошли, и бояром кони отдали и боярынь выпустили ис полаты»8.
Однако преследования «больших людей» на этом не прекратились. Из летописи известно о пытках, применявшихся по отношению к противникам тушинского режима: «А пытали у Смердьих ворот, и коих имали в языках, и оне на пытках сказывали, что де изо Пскова пишут, и велят приходити ратию на Псков. И бояр многих мучили и жгли и ребра ломали, поне же бояре ссылалися изо Пскова в Новгород и большие люди; и пытали священников и Семена Великого и Омельяна Титова и инех». «Мужик простой Тимофей», по сообщению летописи, «воеводам указывал и стоял крепко у пыток, и иные к нему таковии же присташа и овладеша градом». Достаточно ли этих свидетельств летописца для характеристики событий в мае-августе 1609 г. как «восстания меньших людей»?
Имеются основания сомневаться в такой интерпретации событий. Во-первых, слова летописца о «боярах» и «боярынях», чье имущество было «переписано», а сами они подвергнуты пыткам, не следует понимать буквально. В Пскове в это время был единственный «боярин», имевший соответствующий чин, — тушинский воевода Жирового-Засекин, от чьего имени наверняка и осуществлялись репрессии. Во-вторых, ни «перепись животов», ни пытки не применялись систематически и целенаправленно. Спустя восемь лет после так называемого «восстания» в 1617 г. в Пскове проводился обыск, в котором участвовали гость Семен Якимов сын Великой и сын также подвергавшегося пыткам в 1609 г. Омельяна Титова (Китова) Федор Омельянов сын Китов. В списке псковских купцов, включавшем 33 «лутчих» торговых человека, Великий и Китов занимали первую и четырнадцатую одну позицию. «Больших людей» вряд ли подвергали пыткам летом 1609 г., скорее всего, они подверглись унизительному допросу в присутствии палача. И гость Семен Якимович, и Емельян Китов сохранили свою собственность и высокий социальный статус. Единственной жертвой внутриполитической борьбы среди верхушки посада был гость Алексей Хозин, убитый стрельцами 18 августа 1609 г. Однако убийство Хозина не только не сопровождалось конфискацией, но и, видимо, разграблением его двора. В обыске 1617 г. на второй позиции среди псковских гостей стоит сын убитого Никуда Алексеев сын Хозин9.
В-третьих, к периоду так называемого «восстания меньших людей» относится грамота наместника Засекина, датированная июнем 1609 г. и адресованная польскому наместнику Дерпта Бормовскому. Это единственный известный нам акт, вышедший из Псковской воеводской избы в период управления тушинцев, и единственный акт, в котором перечислена правящая верхушка Пскова: воевода и наместник Засекин, думный дьяк Лговский, дьяк Афонасий Истомин, всегородный староста Федор Игнатьев. Думный дьяк, которого в литературе со времен СМ. Соловьева называют, согласно Псковской летописи, Луговским, здесь назван Лговским.
Грамота была отправлена «по суседцкому совету», т.е. после обсуждения «соседями» на посадском сходе. В грамоте содержалась просьба прислать из Прибалтики наемников для отражения нападений правительственных войск: «и вам бы и ныне Великого государя нашего его царского величества отчине, граду Пскову от его государевых изменников от ноугородцких людей помочь учинити и прислати во Псковской уезд, на ноугородцкои рубеж, ратных охочих волных конных и пеших людей, шляхты и гайдуков, расписав ротами, которые похотят великому государю нашему служите из найму, и от его государевых изменников от ноугородцких людей, Псковской уезд уберечи с Великого государя нашего царя и великого князя Дмитрия Ивановича всея Русии самодержца ратными людьми заодин…»10.
Весьма интересна лексика документа: своим государем псковская администрация признает «тушинского вора» Лжедмитрия II, царь Василий Шуйский и правительственные войска названы «изменниками», для борьбы с которыми и приглашаются наемники из-за рубежа. Грамоту доставили в Дерпт сын боярский М.П. Карповской, стрелецкий сотник А. Бухвостов и посадский человек Р. Иванов. В акте нет ни единого намека на бушевавшее, согласно летописям, в это время «восстание меньших людей»; посадская община Пскова, дети боярские и стрельцы консолидированно выступают под знаменем самозванца против московского правительства. В составе земской избы летом
1609 г., видимо, произошли изменения: всегородным старостой в июне 1609 г. являлся Федор Игнатьев. Это имя не встречается в числе 33 «лучших» посадских людей Пскова, участвовавших в обыске 1617 г. Можно предположить, что всегородный староста Ф. Игнатьев был избран из числа «середних» или даже «меньших» людей.
События лета 1609 г., безусловно, несли на себе печать социального антагонизма, однако очевидно, что перманентных беспорядков и репрессий в городе не было. В течение всего времени так называемого «восстания меньших людей» во главе города находилась тушинская администрация в лице воеводы князя Засекина и дьяка Луговского, которые «стояли у пыток» совместно с псковскими старостами, мелкими людьми и стрельцами. Беспорядки и репрессии в Пскове, таким образом, были скорее вспышками насилия, как, например, зверское убийство бывшего воеводы боярина Петра Шереметева и пусторжевского помещика Петра Бурцова, аресты 19-21 мая или столкновения посадских со стрельцами 18 августа11. Эти эксцессы лишь способствовали укреплению власти тушинцев в Пскове, который приобрел твердую репутацию «воровского» города, будучи одним из бастионов разгоравшейся в стране гражданской войны.
Однако влияние «меньших людей» в Пскове оказалось кратковременным. 18 августа 1609 г. стрельцы «своим самовольством» казнили гостя Алексея Хозина, вызвав немедленный отпор всего городского населения. Псковский летописец отметил, что «божиим строением поднялися всякие люди, большие и меньшие…, и на стрельцов, что без городцкого ведома владети хотят и казнити ведут не со всех думы, сами умысля, самоволием улучаючи, а Псковом того неведают…». Посадские люди изгнали стрельцов за пределы крепостных стен, и те надолго обосновались в укрепленной слободе за рекой Мирожей. Тюрьмы, где находились противники тушинцев, были «распущены», а в городе взяли верх «большие люди». Во всегородной избе проводилось дознание и осуществлялись пытки, у которых теперь «стояли» священнослужители. На активных сторонников тушинского вора обрушились репрессии: 10 человек казнили, других арестовали («насажали полату мелких людей полну»)12.
Под натиском армии М.В. Скопина-Шуйского тушинский режим рухнул. 6 января

Страницы: 1 2 3

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Противостояние Пскова и Новгорода во времена смуты
  • Откуда известно обо всех этих событиях?
  • А кто управлял Псковом?
  • Псков и Москва на пути к объединению
  • Интересное