Поиск по сайту

Великие Луки

В XIII веке натиск литовцев на русские границы резко усиливает­ся. Нередко на новгородских землях они получают достойный от­пор. Так, в 1223 году лучане и торопчане разбили литовское войско под Усвятами. Через два года князь Ярослав Всеволодович с новго-родско-великолукскими силами победил литовцев у Дубровны. Страшный разгром захватчикам в Торопце, на Жижецком озере и под Усвятами в 1245 году устроил Александр Невский. Но эти по­беды не могли остановить агрессию. Тем более, что в середине XIII века князю Миндовгу удалось объединить все литовские племена в могучее раннефеодальное государство. Если раньше походы Литвы были с целью грабежа и захвата добычи, то теперь, воспользовав­шись ослаблением Руси после монголо-татарского нашествия, на­чинают завоевывать одну за другой русские земли. Но, конечно, нельзя считать литовцев в этот период такими же злейшими недру­гами Руси, как монголо-татары или немецкие «псы-рыцари». Многие русские княжества добровольно, на особых условиях, вхо­дили в состав Литовского государства. Причем в ней власть на мес­тах не менялась, новых порядков никому не навязывалось, сущест­вовала широкая веротерпимость, государственным языком счи­тался русский и т.п. Так возникло Великое Княжество Литовское и Русское, в которое вошли три четверти бывших древнерусских го­родов (Киев, Чернигов, Галич, Полоцк, Смоленск и другие). Наи­высшего могущества Великое Княжество Литовское достигло в
XIV веке при князьях Гедемине (1316—1341) и Ольгерде (1345—1377), о которых с уважением пишут русские летописцы. Столицей государства стал город Вильно. Практически образова­лись две новые Руси — Русь Московская и Русь Литовская, каждая из них стремилась стать центром объединения русских земель. В нашу задачу не входит исследование интереснейшего вопроса взаи­моотношений Москвы и Вильно. Отметим только, что у Новго­родской боярской республики в тот период были свои интересы — в первую очередь, любой ценой сохранить независимость Новго­рода от кого-либо. Поэтому Луки, как пограничный город новго­родской земли, по-прежнему принимал на себя удары врагов. Ле­тописи XIV века неоднократно упоминают о том, что побили «Лит­ву на Луках».
И все-таки Луки не устояли. Самый яркий из литовских прави­телей, энергичный, отважный и воинственный Витовт в самом на­чале XV века завоевал наш город, после чего Великие Луки (впер­вые так названные в 1406 году) до 1471 года находятся под двойным управлением Новгорода и Литвы. Как записано в новгородско-ли-товском договоре: «А на Луках наш тиун, а ваш другии: суд им на-пол». В 1471 году Новгород добился перехода Великих Лук снова под свое полное владение. Но через несколько лет вся новгород­ская земля вошла в состав Московского государства и Великие Лу­ки — «оплечье Новгорода» — превращаются в «предсердие Москвы». Борьба же с Польско-Литовским государством, ставшим в XVI ве­ке злейшим врагом России, продолжалось еще очень долго.
Многочисленные курганы, называемые местными жителями «литовскими могилами» и географические названия (вроде Крова­вого ручья на юге нашего района), остались на великолукской зем­ле в память о тех далеких и суровых временах.
1. Кто являлся главным врагом южных рубежей Новгородской земли? Как называли наш город Новгородцы?
2. Что из себя представляла первая великолукская крепость?
Княжеский мятеж
Начало 1480 года для русского го­сударства и его правителя, великого князя Ивана III, выдалось необы­чайно трудным. На северо-западе на Псков напал Ливонский орден. К походу на Русь готовился самый страшный и грозный враг — хан Большой орды Ахмат. Опасность грозила с запада от хитрого и ковар­ного польского короля Казимира, с которым монголо-татары заключили союз. А тут еще родные братья Ивана III Андрей Большой Углицкий и Бо­рис Волоцкий «отступиша от вели­кого князя» и, подняв мятеж против своего старшего брата, укрепились со своими многочисленными слуга­ми и вассалами в Великих Луках. Что же привело к такой драматической ситуации, в которой наш город сыграл неприглядную роль оплота сепаратизма?
Непосредственным поводом к княжеским разборкам стал захват на землях Бориса Волоцкого бывшего великолукского наместника Ивана Оболенского-Лыко. Посланный Иваном III в Луки, наместник начал там так самоуправствовать и лихоим-ствовать, что вызвал целый поток жалоб в Москву. Великий князь, разобравшись в них, полностью встал на сторону оби­женных лучан. Оболенский-Лыко был отозван и предстал перед княжеским судом, приговорившим его не только к возмещению всех убытков, но и к крупному штрафу. Такого в наместничес­кой практике еще не бывало. Бывший наместник, пользуясь «правом отъезда бояр», перешел, было, на службу к князю Бори­су. Но разгневанный Иван III приказал своим людям схватить бывшего вассала и привезти его в оковах, невзирая на то, что тот находился на территории удела, неподвластного великому князю. Князь Борис счел себя смертельно оскорбленным и зая­вил брату решительный протест.
Но дело Оболенского-Лыко явилось только искрой, попав­шей в бочку с порохом. Причины же мятежа были в другом. Последовательно проводя политику централизации русских земель, Иван III не желал считаться со старыми удельно-кня­жескими традициями, считал, что власть главы государства должна простираться и на удельные княжества. А это вызыва­ло резкое недовольство братьев. Отвергнув мирные предло­жения великого князя и «вставши» в пограничных Великих Луках, Андрей и Борис послали грамоту королю Казимиру, «чтобы их управил в их обидах с великим князем и помогал». Обращение к правителю Польши было необычайно опасным. По существу это был открытый призыв к интервенции. И ес­ли с точки зрения феодальной традиции (Казимир, по заве­щанию отца братьев, считался их «печальником») это было нормально, то в отношении русского государства обращение к враждебному иностранному государю являлось прямой из* меной. Справиться с мятежом было необычайно сложно. Пребывание в Великих Луках давало князьям возможность быстро соединиться с войсками Казимира, а в худшем случае, перейдя границу, встать под его защиту.
Поэтому, хладнокровный, расчетливый и осторожный Иван III не оставлял попыток договориться с мятежными братьями. С ними трижды велись переговоры, но они закончились безре­зультатно. Более полугода Андрей и Борис оставались в Вели­ких Луках и временно покинули их только по просьбе пскови­чей, понадеявшихся на военную помощь против немцев. Но не сойдясь в условиях платы за помощь, разозленные братья разо­рили псковскую землю и, содрав со Пскова большой выкуп, вернулись обратно в Луки.
И все-таки, не получив по ряду причин помощи от Кази­мира, не найдя поддержки ни у кого на русской земле, князья поняли, что их предприятие не удалось. Согласив­шись, наконец, с большими, но не принципиальными (не касающимися основ межкняжеских отношений) уступками Ивана III, Андрей и Борис двинулись со своими войсками на юг, где, готовясь к битве с татарами, стояла рать великого князя. Феодальный мятеж окончился. Перед уходом из Ве­ликих Лук братья, напоследок, страшно разорили город. «Луки без остата опустеша», — с горечью писал летописец.
А 1480-й год, так неудачно начавшийся, завершился для Руси вполне благополучно. Псковичи, не получив ниоткуда поддержки, все-таки сумели отбросить ливонских рыцарей. Казимир, на юж­ные земли которого напал союзник Ивана III крымский хан Менг-ли-Гирей, так и не решился напасть на Русское государство. А зна­менитое «стояние на реке Угре» против хана Ахмата завершилось свержением монголо-татарского ига.
1. В чем суть конфликта Ивана Третьего с братьями? Почему своим место­пребыванием они выбрали Великие Луки?
За родную землю
На одной из почтовых марок, выпущенных в Польше еще до войны, в серии с изображением польских королей и других исто­рических деятелей, есть надпись: «Стефан Баторий. Великие Луки. 1580 г.» На фоне походных шатров и зарева пожаров вдали — Сте­фан Баторий положил руку на плечо раненого с непокрытой голо­вой польского солдата. В памяти сразу же встает тяжелая и герои­ческая страница истории нашей Родины, когда в конце XVI века, воспользовавшись ослаблением России, в связи с неудачами в Ле-вонской войне, боярскими изменниками и опричниной, польско-литовское государство — Речь Посполитая, решило захватить севе­ро-западные русские земли. Что же за эпизод из обороны Великих Лук в 1580 году изображен на почтовой марке? Дневники участни­ков похода свидетельствуют, что раздраженный упорным сопро­тивлением великолучан, Баторий пообещал первому, кто зажжет крепость, немалую награду — шляхетское (дворянское) звание, по­местье и крупную денежную сумму. Возможно, что солдат на мар­ке, с которым так милостиво обращается король, и есть этот счаст­ливец.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Состоялась конференция, посвященная Великой Отечественной войне
  • Современные политические силы Псковской области
  • Городские поселения: возникновение, функции, внешний облик
  • Загрязнение поверхностных вод
  • Интересное