Поиск по сайту

Великие Луки

Существовали еще: Общество пособия бедным учащимся по го­роду Великие Луки и уезду, основанное историком М. И. Семев-ским, Римско-католическое общество пособия бедным, заботивше­еся о великолучанах-католиках, приют «Ясли» для детей-подкиды­шей и отдел Общества спасения на водах.
В городе часто давались благотворительные концерты и прово­дились лотереи, выручка от которых шла на помощь малоимущим. За каждой закреплялся, на общественных началах, почетный попе­читель, обычно состоятельный человек, способный своими сред­ствами помочь школе.
Контроль за богоугодными заведениями был образцовый. Су­ществовали многочисленные общественные комитеты, которые
внимательно следили за состоянием школ, богаделен, больниц, тюрем. Известный знаток прошлого нашего города А. П. Лопырёв приводит интересный эпизод. Однажды околоточный надзиратель (участковый) зашел в приют «Ясли», находившиеся на Мельниц­кой улице. Увидев грязный пол, он поставил об этом в известность городские власти. Дума немедленно приняла жестокие и реши­тельные меры по наведению порядка в приюте и наказанию его ра­ботников. Больше жалоб на антисанитарное состояние оттуда не поступало.
Кроме общественной была широко распространена и личная благотворительность. Меценатов в Великих Луках было так много, что всех невозможно перечислить. Священник И. М. Пульхеров у себя на квартире на свои средства открыл первую в нашем городе школу для деревенских девочек. Дед известного историка В. И. Се-мевский отдал для богадельни двухэтажный каменный дом. Вели-колучанка К. А. Маркова открыла в больнице несколько бесплат­ных коек для бедных. Помещик Н. С. Брянчанинов преподнес ре­альному училищу набор музыкальных инструментов для оркестра и каждый год дарил сто рублей на угощение реалистов. Многие жертвовали деньги, дарили книги в городскую библиотеку, уездные помещики отдавали участки своей земли для постройки земских школ. Некоторые благотворители уже жили в Петербурге, но про­должали помогать родному городу.
На добровольные пожертвования благоустраивался и украшал­ся город. Купец М. И. Глазов пожертвовал 2000 рублей на построй­ку часовни Александра Невского. Купец Сафонов на свои средства украсил купол Преображенской церкви на о. Дятлинка высоким шпицем…
Большую благотворительную работу вели Городская Дума и Земство. Имея довольно скудный бюджет они ежегодно выделяли пособия городским школам, общественной библиотеке, творчес­кой самодеятельности и на пропаганду методов передового сель­ского хозяйства. И уж, конечно, огромная роль в милосердии к ближним принадлежала православной церкви. Однако, это нас­только большая тема, что требует специального рассказа.
1. Какие благотворительные организации были в Луках в прошлом?
И нищие ходят с стою
Резкое увеличение в городах числа просящих подаяние всегда свидетельствует о серьезной болезни общества. История же дан­ного социального явления уходит корнями в глубь веков. Посмот­рим, что же из себя представляло нищенство в России и в Великих Луках в прошлом.
Первое упоминание о нищих на Руси относится к 10-му веку при князе Владимире Святославиче (именуемом также Красным Солнышком и Святым). Руководствуясь христианской заповедью, что нищенство угодно богу, знаменитый князь предлагал ради спа­сения души регулярно подавать милостыню. Отраженные в рус­ских былинах того времени калики перехожие и слепые певцы с поводырями являлись странствующими нищими. Как правило, все они были людьми бывалыми, много повидавшими на своем йе-ку, прекрасными рассказчиками.
До конца 17 века разнообразным типам русских нищих, поль­зовавшихся симпатиями властей и общественного мнения, жилось весьма привольно. Но при Петре Первом положение их резко из­менилось в худшую сторону. Царь-реформатор терпеть не мог без­дельников и повелел всех побиравшихся, но работоспособных, «одевать в кандалы, бить кнутом и отправлять в дальние сибирские города». Позднее наказание за нищенство и бродяжничество зна­чительно смягчилось, и в конце 19 — начале 20 века те, «которые просят милостыню по лености или с нарушением порядка» могли получить лишь от одного до трех месяцев тюремного заключения.
Одновременно государство принимало меры, чтобы как-то ре­шить проблему нищенства. В 1769 году по указу Екатерины Второй были учреждены работные дома, в которых «сирых и убогих» долж­ны были содержать «без всякого притеснения, страха и огорче­ния». В дальнейшем возникла целая сеть так называемых «бого­угодных заведений», занимавшихся в том числе и нищими, создава­лись разнообразные комитеты и комиссии. Но эффект от всего этого был незначителен, ибо не затрагивались социальные корни проблемы.
Российское нищенство было неоднородным и состояло из нес­кольких групп, которые, в свою очередь, делились на еще более мелкие. Ознакомимся с некоторыми из них.
Странствующие нищие (в некоторых местах называемые «барабанщиками» или «горбачами»). К ним, в первую очередь, относятся крестьяне, «христарадничавшие» в городах из-за невы­носимых жизненных условий, усугублявшихся различными бедствиями (засухами, неурожаями, эпидемиями). Они вызы­вали глубокое сочувствие. Современник так пишет об этих несчастных, появившихся в Великих Луках: «Оборванные, го­лодные и убогие, рыскали они по городу, копошились на свал­ках, выпрашивали у торговцев остатки селедочного рассола в бочках. Получив его, вытаскивали из котомок свой хлеб — от­даленный родственник нормальному хлебу. Макали его в рас­сол и жадно ели, запивая водою».
Впрочем, для некоторых сельских жителей милостыня станови­лась формой подработки. По сохранившимся документам, кресть­яне ряда уездов Витебской, Новгородской и Псковской губерний специально на зиму уезжали в Петербург просить подаяние.
К странствующим нищим относились и так называемые «доб­ровольцы». Это монахи, живущие милостыней, люди под влияни­ем какого-нибудь потрясения, раздавшие свое имущество и дав­шие обет нести крест смирения и терпения, сборщики средств на строительство божьих храмов и другие. Сюда же можно отнести и богомольцев, посещающих различные святые места. В деятельнос­ти этой категории четко прослеживается религиозный характер.
Другая большая группа нищих — нищие городские. За некото­рым исключением, они представляли из себя крайне аморальную часть общества. Клички таких нищих: «босяки», «голытьба», «бо-сявки», «раклы» и т.д. Большинство из них были закоренелыми тунеядцами, пьянствовали и воровали. Даже песенка до револю­ции была такая: «Как у наших, у ворот, много нищих и сирот. Во­ют, ноют, хлеба просят, получив — Петровне носят. Для коров ей продают, и в овраге водку пьют».
На какие только хитрости не пускались подобные типы, чтобы разжалобить доверчивых горожан и получить от них мзду. Здесь и «мамахи» — женщины с грудными младенцами (часто просто с по­леном в пеленках) и «севастопольцы» — якобы воины, пострадав­шие за Отечество и «ходоки-терялки» — дети, разыгрывающие сце­ну горя от утраты хозяйственных денег, и «погорельцы» — поби­рушки, утверждавшие, что пострадали от пожара… Всего не пере­честь. Недаром гласит пословица «Голь на выдумку хитра».
И, наконец, нищие-профессионалы. Они объединялись в арте­ли, выбирали своего атамана — «старца», отчисляли взносы в об­щую кассу, имели собственную систему поощрений и наказаний и даже устраивали вступительные экзамены при приеме в артель но­вых членов.
Уважительное отношение к нищете восходило к культурной традиции христианства. Это подтверждают и русские пословицы и поговорки: «Кого бог полюбит — нищетою взыщет», «Гол, да наг — перед богом прав» и т.д. Поэтому городские обыватели, в том чис­ле и великолукские, относились к побирающимся сочувственно. Обычно у нескольких улиц Великих Лук были свои «убогие», кото­рым, хорошо зная их в лицо, охотно давали подаяние. Великолук­ские купцы частенько жертвовали на нищих из своих капиталов, а во время похорон и поминок побирающихся, по обычаю, кормили.
Полиция, которой было поручено гонять нищих, кроме тех, кто сидел на папертях храмов, в общем-то смотрела на их деятельность сквозь пальцы. Городские же власти пытались устроить престаре-
лых и немощных побирушек в богадельни, а остальных в Дом Тру­долюбия Вязьменского, но это нравилось далеко не всем.
Старожилы вспоминают немало легенд, связанных с великолук­скими нищими. То у одного «профессионала» после смерти наш­ли в матраце 10 тысяч рублей ассигнациями, а в подкладке рваной куртки — несколько десятков золотых червонцев. То другой замерз зимой на улице, а когда его принесли в морг, отогрелся и ожил, пе­репугав всех служителей…
Что касается наиболее выдающихся личностей, «ходивших с су­мою» по Великим Лукам, то вот только некоторые из них.
Нищий по прозвищу «поросенок». Его увековечил на своем снимке великолукский фотограф-любитель начала 20 века Д. Г. Карчевский. Славился нищий тем, что мог прекрасно подражать звону колоколов всех великолукских церквей, что без сомнения, помогало ему увеличивать свою дневную выручку.

anti rides

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Состоялась конференция, посвященная Великой Отечественной войне
  • Современные политические силы Псковской области
  • Городские поселения: возникновение, функции, внешний облик
  • Загрязнение поверхностных вод
  • Интересное