Поиск по сайту

Пушкин в с. Михайловском во время ссылки

Однако, в письмах к К. Ф. Рылееву и П. А. Вяземскому (25—28 января 1825) Пушкин только отмечает дружеское свидание между ними и сообщает, что Пущин привезет «Цыганов» и 600 р. для передачи, между тем, поэта Дельвига—этого милого товарища и «родного брата по музе» Пушкин ждал, и во многих письмах поэт говорит об этом нетерпеливом ожидании, часто спрашивая, почему он долго не едет. Особенно Пушкин настойчив относительно Дельвига в письмах к брату Льву Сергеевичу. В письме к нему (вторая иолов, декабря 1824-г.) поэт просит поторопить Дельвига, а в другом письме: «Вульф здесь, я ему ничего еще не говорил, но жду тебя (т. е. брата)—приезжай хоть с П. А. (т. е. с Осиповой1 хоть с Дельвигом; переговориться нужно непременно». В письмах к брату от 14, 27 марта, 7—17 апреля Пушкин отмечает, что Дельвига еще нет здесь. Несмотря на то, что Пушкин просил Дельвига поторопиться, последний мог осуществить желание поэта и свое только в конце апреля 1825 г. В письме к брату от 22—23 апреля 1825 г. Пушкин пишет: «Как я был рад баронову приезду. Он очень мил! Наши барышни все в него влюбились, а он равнодушен, как колода, любит лежать на постели, восхищаясь Чигиринским старостой». В стих. «18 октября» (1825) Пушкин такими словами воспоминает посещение Дельвига и свидание двух друзей:
«О Дельвиг мой! твой голос пробудил «Сердечный жар, так долго усыпленный, «И бодро я судьбу благословил».
В письме к П. А. Вяземскому [конец апреля (до 26) 1825 года] Пушкин пишет: «Дельвиг у меня. Чрез него пересылаю тебе 2 главу Онегина». Пересылается элегия на смерть Ан. Льв. за подписью: «Я и Дельвиг». Просит поддержать «Цветы», изд. Дельвигом и справляется о «Полярной Звезде».
В письме к поэту В. А. Жуковскому (конец мая—начало июня 1825 г.) Пушкин пишет: «Дельвиг расскажет тебе мои литературные занятия. Жалею, что нет у меня твоих советов, или хоть присутствия—они вдохновение. Ты спрашиваешь, какая цель у Цыганов? Вот на! Цель поэзии—поэзия, как говорит Дельвиг (если не украл этого); думы Рылеева целят, а все невпопад».
Затем, Пушкин свиделс* с третьим своим товарищем по Лицею—кн. Горчаковым и в письме к О< А. Вяземскому, датированному около 12 сент. 1825 г., отмечает: «Горчаков- доставит тебе мое письмо. Мы встретились и расстались довольно холодно—по крайней мере с моей стороны. Он ужасно высох—впрочем, так и должно; Зрелости нет у нас на севере, мы или сохнем или гнием, первое все тики лучше; от нечего делать, я прочел ему несколько сцен из моей комедии». В письме от 13—15 сент. ‘1825 г. Пушкин в конце упоминает: «Горчаков мне живо напомнил Лицей, кажется, он не переменился во многом, хотя созрел и след. подсох.—Ты вбил ему в голову, что я об’едаюсь гонением. Ох душа моя—меня тошнит… но предлагаемое да едят». Как видно из писем Пушкина, свидание его со своим товарищем по Лицею оставило у поэта неприятный, осадок, благодаря разницы в пути и жребия, который назначила каждому из них судьба, что сказалось и при встрече «проселочной дорогой, хотя тогда все-таки они братски обнялись». Возвращаясь после лечения из Спа, Горчаков заехал к своему дяде Пещурову в с Лямоново, Опочецкого у., и Пушкин, узнав   об этом приезде, ч выехал из Михайловского и, действительно, «на
проселочной дороге» встретились и обнялись, о чем Пушкин вспоминает в том же стих. «19 октября» (1825):
«Нам разный путь судьбой назначен строгой: «Ступая в жизнь, мы быстро разошлись, «Но невзначай проселочной дорогой «Мы встретились и быстро разошлись».
Кроме указанных друзей, навещали поэта А. Н. Вульф, студент Дерпского университета, приезжавший на каникулы в Тригорское вместе с поэтом Языковым. К ним, как выше указано, адресовано было первое письмо Пушкина из Михайловского по прибытии сюда из Одессы.
В письмах к друзьям, П. А. Плетневу (начало дек. 1825 г.) и П. А. Катенину (от 4 декабря 1825 г.), Пушкин, между прочим, отмечая факт любезного приема его Псковским губернатором и предложение его жить во Пскове, просит друзей ходатайствовать пред царем позволить поэту’не жить в Опочке или Риге, а просить о выезде или в столицы, или о чужих краях.
«В столицу хочется мне дчя вас, друзья мои, но, конечно, благоразумнее отправиться за море. Что мне в России делать? Признаться, мочй нет хочется к Вам». Характерно, что «почтовой прозе» (так поэт называл письма) Пушкин не поверял своих лирических излияний, своих порывов дружеских чувств, оставляя их своей лирике, а его письма к брату, друзьям и знакомым носят деловой характер, они лаконичны и лапидарны. Ничего подобного нельзя сказать о письмах к А. П. Керн, с которой Пушкин познакомился в Тригорском, куда она приезжала погостить в качестве племянницы Осиповой. Письма к А. П. Керн все насыщены лирическими излияниями, они полны кипучей страстью и любовью к этому «гению чистой красоты», как поэт называет ее в стих. «Я помню чудное мгновенье», наделяет ее эпитетами «божественная», «очаровательная» Так, в письме от 25 июля 1825 г. Пушкин, указывая, что приезд А. П. Керн в Тригорское оставил в нем глубокое и мучительное впечатление, после окончания письма, снова берется за перо, потому что умирает с тоски и может утешиться только ею. В письме от 14 авг. 1825 г. поэт «умоляет» А. П. приехать в гости в Тригорское и выказать этим сострадание к его слабости, а в письме, датированном второй половиной августа 1825 г., Пушкин об’ясняется А. П. в любви, заявляя: «Я вас люблю гораздо более, нежели Вы думаете»…
Письма Пушкина, заканчивающиеся 1825 годом, почти исчерпывают все основные моменты жизни и творчества поэта, когда он жил в ссылке в родном ему Михайловском.
Остается сказать о событии «14 декабря 1825 года». Это событие, очень взволновавшее поэта и заставившее его даже сделать попытку самовольно уехать в Петербург, но затем возвратиться с дороги, начинает собою серию писем 1826 года *). Связанный очень близкими отношениями со многими видными участниками «Декабрьского восстания», Пушкин, однако, скрывает в своих письмах свое возмущение, негодование по адресу правительства, почти умалчивает о своих тяжелых переживаниях и проявляет в письмах нужную осторожность, справляясь об участии своих друзей, «так как неизвестность о людях, с которыми он находится в короткой связи, его мучает» (из письма к П. А. Плетневу), а также прося некоторых из них позаботиться об облегчении ее. Так, в письме к А. А. Дельвигу (втор, полов, января 1826 г.), который беспокоится о судьбе поэта, Пушкин, прося его не беспокоиться, ходатайствует о Раевском— своем друге и товарище, у которого «больны ноги и сырость казематов будет для него смертельна». В письме к нему же, датированному первой половиной февраля 1826 года, пишет: «С нетерпением ожидаю решения участи несчастных и обнародования заговора. Твердо надеюсь на великодушие молодого царя» Первое письмо, написанное  поэтом в 1826 году   (вторая полов, января), адре-
*) Письма Пушкина с 1826 года цитируются по изданию Брокгауз-Ефрон, под редакцией проф. С. А. Венгерова. Библиотека Великих писателей 1915 г. т VI. Подробно об отношении Пушкина к декабрьскому движению и декабристам см. А. Слонимский. „Пушкин и декабрьское движение». Соч. А. С. Пушкина. Изд. Брокгауз.—Ефрон., т. II.

Страницы: 1 2 3 4 5

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Контакты
  • Иллирийский, этрейский, эсперантский…
  • Первая Отечественная война
  • Псков в XYII веке.
  • Интересное