Поиск по сайту

Псковский архив: страницы истории и фонды

Весьма смутно представлял ситуацию Опочецкий исправник: «…отно­шение к минувшим выборам в Государственную Думу отдельных классов населения было сочувственное, было две партии: одна -за графа Гейдена, а вторая за врача Ладыгина. Предвыборная агитация велась как с одной, так и с другой партии среди крестьян и другого населения. Большинство агита­ций велось в г. Опочке. Были случаи жалоб в избирательную комиссию с обоих сторон партий, но жалобы были не основательные, которые при разбо­ре их в комиссии оставались без последствий. Влияние политических партий на население никакого значения не имело. Противоправительственной аги­тации не было и выборы прошли благополучно.»7
Слабо, думается, ориентировался в ситуации и великолукский ис­правник: «.. .все вообще население вверенного мне района, так и различ­ные разряды избирателей к минувшим выборам в Государственную Думу относились индифферентно. Сами выборы происходили в спокойном на­строении участвовавших в них лиц и без всяких инцидентов. Проявления предвыборных агитаций не наблюдалось, за исключением рассылки «Псковским голосом» некоторым лицам реклам: с предложением избрать выборщиком от Великих Лук местного городского голову Д.Н. Божено-ва, о чем мною и было донесено Вашему Сиятельству 20 января за № 36. В общем ходе выборов и в группировке избирателей политические партии значения не имели и влияния на конечные результаты выборов не произ­водили.»8
Любопытны наблюдения псковского исправника: «…последними вы­борами в Государственную Думу интересовалось более крестьянское насе­ление близлежащих к городу Пскову волостей, где еще до выборов имело уже подготовленных кандидатов; предложенные кандидаты обратили на себя внимание выборщиков тем, что вели среди местного крестьянского населения агитацию, обещанием поддержки в Думе исключительно лишь интересов крестьян, а в особенности же обещанием увеличением крестьян­ского землевладения; в более отдаленных от г. Пскова волостях, во время последних выборов в Государственную Думу предвыборной агитации вов-
се не замечалось и крестьянское население там к выборам отнеслось вполне хладнокровно.
При сем присовокупляю, что никаких политических партий в волос­тях, вверенного мне уезда, во время последних выборов в Государственную Думу, не существовало.»9
И наконец, наблюдение Новоржевского исправника: «…население го­рода Новоржева к минувшим выборам в Государственную Думу отнеслось сознательно, что же касается мелких землевладельцев, то это было наобо­рот, т.к. из 5000 избирателей на съезд в Новоржев 12 января прибыло лишь около 200, преимущественно из окрестностей города. По-видимому, после­дние мало интересовались выборами в Государственную Думу и всем яв­ляться на съезд считали даже излишним; объясняется это тем, что для них было совершенно безразлично, кто бы из Новоржевского уезда ни прошел в губернские выборщики или в Государственную Думу.
Предвыборных собраний и предвыборных агитаций не было. Избира­тели в политические партии или группы не разбивались, так как почти все из них, за малым исключением, — из городских избирателей и избирателей от крупных землевладельцев /последних было явившись всего до 30 человек/, имеют смутное представление о каких-либо политических партиях и их про­граммах.
Выборы прошли совершенно спокойно.»10
Чем интересны донесения уездных исправников в качестве историчес­кого источника?
Поскольку ни в литературе, ни в периодических изданиях" не отраже­ны предвыборные настроения избирателей Псковской губернии, их обще­ственная психология в ходе выборов во II Государственную Думу, то эти донесения приобретают значение важнейшего, первостепенного источника, к которому, разумеется, надо относиться весьма и весьма критически. Во-первых, в силу своей служебной заинтересованности исправники затушевы­вали все «острые углы» ; во-вторых, слабо разбирались в народившейся российской многопартийности: например, называли и конституционных де­мократов, и социалистов-революционеров одним общим именем «социал-демократы», а представителей Крестьянского союза величали «принадле­жащими к социал-демократической партии трудовиков», правые для них — и члены «Союза русского народа», и «Союза 1 7 октября»; в третьих, неравно­ценна их информационная насыщенность: содержательны донесения Остро­вского и Псковского исправников, характер отписок носят донесения Холм-ского, Опочецкого и Новоржевского исправников. Но подчеркнем: без них реконструкция хода выборов во II Государственную Думу невозможна.
Н.А. Бабарыгина,
старший научный сотрудник
Псковского Государственного объединенного
историко-художествеппого и
архитектурного музея-заповедника
Значение фондов древлехранилища
в изучении книжного и документального собрания
генерала А.Н. Куропаткина
Алексей Николаевич Куропаткин — сложная, противоречивая фигура в отечественной истории. Личность этого незаурядного человека — русского военного деятеля, ученого, педагога и краеведа — до сих пор продолжает интересовать историков и военных.
Большая часть жизни А.Н. Куропаткина тесно связана с Псковской землей (имение Шешурино, Холмский уезд). Здесь он часто бывал, провел последние годы, создавал больницу, сельскохозяйственную школу, Холмс-кий народный музей. Здесь же находились и собираемые Н.А. Куропатки-ным в течение всей жизни библиотека и архив, представляющие большую историческую ценность. В архиве находились рукописи XVII-XVIII вв., сек­ретные отчеты Военного Министерства и многие другие материалы — пись­ма, дневники, воспоминания. Количество документов, хранящихся в архи­ве, не известно. Сведения о количестве книг в библиотеке разноречивы.
В одном из документов, хранящихся в ГАПО, АН СССР приводит циф­ру 10000 томов1. В «Известиях Центрального Бюро Краеведения» количе­ство томов снижено до 7-8 тысяч единиц2. После смерти генерала, в 1925 г. комиссия по обследованию библиотеки А.Н. Куропаткина обнаружила в его доме 7378 книг, причем придворных и министерских изданий, военной лите­ратуры оказалось 4593 тома, и 2785 томов, среди которых оказалась беллет­ристика на русском и иностранных языках, издания по агрономии, медицине, краеведению3. Но скорее всего, эта цифра (7378) не дает исчерпывающего представления о количестве книг в библиотеке, т.к. в официальных докумен­тах того времени часто встречаются упоминания о возможных хищениях книг из имения бывшего генерала4. Кроме того, часть книг была передана самим Куропаткиным в Шешуринскую избу-читальню5.
О составе библиотеки приводит данные В. Глазов, зав. Губернской цен­тральной библиотекой, куда в сентябре 1925 г. были доставлены книги А.Н. Куропаткина. По подсчетам В. Глазова, военной литературы оказалось 60%, гражданской — 35% и 5% иностранной литературы. Также Глазов упоминает о том, что по Всероссийской переписи имеется у Куропаткииа большое коли­чество книг, есть ценнейшие труды по здравоохранению, по этнографии всех старых губерний, труды археологические, Российского Географического общества, Архив биологических наук и т.д.6
Получив доклад В. Глазова, Президиум Псковского Губисполкома в свою очередь сообщил Главнауке, что библиотека А.Н. Куропаткина «в количестве свыше 8000 томов вывезена в Псков, где она систематизируется и приводится в порядок».7 Дальнейшую судьбу библиотеки должен был ре­шить ВЦИК, что было сделать непросто, т.к. получить книги из собрания А.Н. Куропаткина хотели многие советские организации. Судьбой библио­теки интересовались и Академия наук, и Управление по исследованию и ис­пользованию опыта войн. Кроме того, Реввоенсовет Ленинградского окру­га в лице Б.М. Шапошникова просил Псковский Губисполком выделить военные книги из библиотеки А.Н. Куропаткина и передать их в распоряже­ние РВС ПВО для использования академиями и военными школами, распо­ложенными в Ленинграде8.
В октябре 1925 г. Псковский Губисполком получил Постановление ВЦИК, в котором было решено передать библиотеку А. Н. Куропаткина РВС СССР, а книги гражданские распределить по соглашению с Губиспол-комом и РВС.
5 ноября Губисполком предложил В. Глазову передать книги военного характера Военному ведомству, а также согласовать вопрос о книгах граж­данского характера.
На сегодняшний день нет точной информации о том, где находится библиотека А.Н. Куропаткина. Что же касается архива А.Н. Куропаткина, то он (вероятно, большая часть его) находится В Московском центральном Военно-историческом архиве в фонде А.Н. Куропаткина и насчитывает 5351 документ за период 1733-1929 гг. Поданным ЦБ Краеведения (1925 г.), наи­более ценная часть архива была передана Центро-архиву еще при жизни генерала, а оставшаяся часть после смерти Куропаткина была вывезена в Ленинград. В 1930-е годы, после того, как Центро-архив был расформиро­ван, архив А.Н. Куропаткина был передан в Москву (ЦГВИА). Небольшая часть книг из собрания А.Н. Куропаткина попала в Псковский губернский музей. В письме к К.К. Романову заведующий музеем А.К. Янсон писал: «…в феврале 1927 года в музей поступило 150 книг из библиотеки генерала Куропаткина.9

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Украшения сету XVII-XIX вв.
  • Культура сельского населения псковского пограничья
  • Погребальные обряды Эстонии
  • Источники по истории псковской дворянской усадьбы
  • Интересное