Поиск по сайту
Мойка дмитровское шоссе на сайте www.fooj.ru.

Псковские говоры 1

О. Н. Трубачев для белорусского языка приводит такие слова, как баутуха, калатуха — виды каши. ‘6)
Примеры из СПЯ: siwucha «водка», sloducha «суп», pitucha «блюдо из картофеля»; в СПГ: ") kolotucha «суп», «сме­тана».
Широко распространены в русских народных говорах су­ществительные с суффиксами -ух-а и -уш-а, обозначающие болезни: ворогуха (пек., тв.), знобуха (арх.), краснуха, (тв.), ворогуша (новг., влад.) — Опыт; знобуша (пек.), трясу-ха — Даль; у Куликовского: холодуха.
В диалектах существительные с суффиксами -ух-а и -уш-а
нередко служат для названия различных видов зверей, пгиц, рыб и насекомых.
По данным областных словарей слова с суффиксами -ух-а и -уш-а обозначают: 1) рыб. Опыт: трепуха (пек., тв.); 2) птиц: копалуха «тетерка» (сиб.) — Опыт; Даль: гормотуха «глухарка» (пек., нижег.»), дикуша «пеликан», крякуша «утка». У Добровольского: сипуха «сова»; 3) виды лягушек. Опыт: легуха (новг.), скакуха (арх.); лягвуша (перм.) — Даль; в карт. Брянск, ел. — квакуша; 4) различных домашних жи­вотных. В Опыте: квохтуша «наседка», куруша «индейка* (вост.); у Даля — белуха «корова»,паруша «наседка»; у Ку­ликовского: почтовуха «лошадь»; в карт. Брянск, ел. — квакуха «курица».
Весьма значительно число слов с суффиксом -ух-а, обла­дающих данным значением, в современном украинском язы­ке: зеленуха «жаба», сокотуха «курица». В польском языке суффикс -ух-а оформляет различные существительные, обо­значающие домашних животных: smolucha «корова», smorucha «коза» — СПЯ; bialucha, plowucha (названия коров) — СПГ.
X. Хородицкая для мазурских говоров приводит и анали­зирует такие слова, называющие курицу-наседку, как koktucha и kwoktucha18).
Ряд существительных с суффиксами -ух-а и -уш-а, обозна­чающих животных, можно отметить в моравских говорах чеш-
V                                                                                                                            V
ского языка: cernucha «черная   корова», «овца», dvorusa «ко-
рова», popelusa «курица» — Бартош.
Широко распространены слова с суффиксом -уш-а, связан­ные с наименованием зверей, рыб, птиц и домашних живот­ных, в сербохорватском языке. Примеры из СЮА: гнедуша «коза», грмуша «птица славка», jacTpe6yuia «курица»,кркуща «пескарь», товаруша «лошадь».
В русских народных говорах существительные с суффик­сом -ух-а нередко обозначают такие различные явления при­роды, как: 1) вьюгу, буран: метуха (влад.), поносуха (арх.) — Опыт; позьмуха — Даль; у Подвысоцкого: порошуха; 2) дождь: ситуха (арх.)—Опыт; у Даля: читуха (арх., волог., вят.); у Куликовского: моросуха; 3) виды льда и ледяных об­разований: коледуха (арх.) — Опыт; стамуха — Даль; у Под­высоцкого — гладуха.
Слова с суффиксом -уш-а данным значением не обладают.
В диалектах русского языка имеются самые различные существительные с суффиксами -ух-а и -уш-а, обозначающие растения: желтуха «брюква» (костр.), кислуха «щавель» (новг.), дикуша «гречиха» (пенз., cap., як., ирк.); «брюква ?> (костр.) — Опыт; у Даля: гнетуха «горицвет», дремуха «Иван-чай», лавруша «волчье лыко», мозгуша «герань»; у Добровольского: веснуха «рожь», яруха «яровая пшеница»; в карт. Брянск, ел: картоуша «картофель».
Н. П. Гринкова отмечает слово землянуха «земляника» как характерное для севернорусских говоров19).
С суффиксом -ух-а в украинском и польском языках свя-заны-такие названия растений, как: золотуха (Гринченко), серпуха20); bielucha «род картофеля», szelestucha «ярутка полевая» — СПЯ-
Ряд слов на -ух-а и -уш-а, обладающих данным значением, выступает в моравских    говорах   чешского   языка:   ostrucha
«e>KeBHKa»;dobrusa «груша», kvetusa    «сорт    цветов» — Бар-
тош; oskorusa.21)
Имена существительные с суффиксом -уш-а, относящиеся к этой лексико-семантической группе, в современном сербо­хорватском языке обозначают: 1) сорта винограда: 6jeflyuia, лелекуша, 2) виды фруктовых деревьев и их плоды: грохату-ша «яблоня», 3) отдельные растения: црнуша «болотный ве­реск », ребруша (трава) — СЮА.
Таким образом, существительные с суффиксами -ух-а и -уш-а обладают следующими основными значениями в рус­ских народных говорах.
Анализируя приведенные материалы, можно заметить, что некоторые значения ограничены дпределеяной территорией.
Так, слова, обозначающие человека по его действиям, при­вычкам и качествам, в основном распространены в пскоз-ских, калининских, смоленских и новгородских говорах. Су­ществительные с этими значениями с суффиксом -ух-а, имею­щиеся в других областях, в этой группе единичны и случай­ны. В псковских и калининских говорах представлены все от­тенки данного круга значений.
Во. многих остальных группах слова псковских и калинин­ских говоров занимают ведущее место, в частности, в сфере топонимических наименований.
Весьма характерно и то, что из 14 имен с суффиксом -ух-а, отмеченных в словаре древнерусских имен Туликова, девять зафиксированы по материалам Актов Западной России.
Одновременно следует отметить, что слова с суффиксом -ух-а, обозначающие родственные, возрастные и семейные от­ношения, предметы быта и хозяйственные постройки, мир животных, явления природы, характерны в большей степени для севернорусских говоров и, в первую очередь, архангель­ских и олонецких, хотя это и не исключает наличия в них многих слов, имеющихся и в псковских говорах.
Наконец, значительный интерес представляет количест­венное распределение слов с суффиксом -ух-а по территории русских говоров, произведенное на основе всех имеющихся в нашем распоряжении материалов:
ских и калининских говоров. Северные говоры численно усту­пают западным диалектам22).
Все эти данные приводят к выводу, что суффикс -ух-а как отдельный словообразовательный элемент в системе русско­го языка является характерной особенностью западных рус­ских диалектов (псковских и калининских в особенности).
Для существительных с суффиксом -уш-а соотношение иное:
в северных говорах: кировские                      —
сибирские                      —
олонецкие                      —
вологодские                   —
костромские                  —
новгородские                 —
пермские                       —
Единичны примеры в (общее число их — 6).
Характерно, что почти все существительные с суффиксом -уш-а в псковских и калининских говорах связаны с обозна­чением лиц, в то время как слова северных говоров.чаще вы­ступают с конкретно-вещественным значением.
Именной суффикс -уш-а — характерный словообразова­тельный элемент севернорусских говоров.
С этими данными следует сопоставить наличие существи­тельных с суффиксом -ух-а также в современном польском, чешском и словацком языках, а с суффиксом -уш-а в совре­менном чешском и сербохорватском языках.
По данным имеющихся источников, суффиксы -ух-а и -уш-а можно рассматривать как общеславянские по проис­хождению. Впоследствии же они приобрели относительную продуктивность лишь в отмеченных языках, а именно: суф­фикс -уш-а — в западных русских говорах, украинском, бело­русском и польском языках, несколько меньше в чешских го­ворах; суффикс -уш-а — в севернорусских говорах, чешском и сербохорватском языках.
Следует отметить весьма незначительную Продуктивность суффикса -уш-а в украинском, белорусском и польском язы­ках. Возможно, что усиление продуктивности суффикса -уш-а в сербохорватском языке и говорах чешского языка относит­ся к эпохе определенной близости этих языков и диалектов между собой.
Усиление продуктивности суффикса -уш-а в-севернорус­ских говорах представляется генетически не связанным с эти­ми явлениями.
В то же время, при большом общем числе слов с суффик­сами -ух-а и -уш-а в современном русском языке вопрос о происхождении тех или иных конкретных образований можно ставить лишь в некоторых единичных случаях.
Такие слова, как:    ст.-сл. медовуша,   др.-русск.    медуша,
русск. обл. медуша; ст.-сл. оскоруша, чешек, обл. oskorusa с.-х. оскоруша; ст.-сл. пазуха, др.-русск. пазуха, русск. пазуха, укр. пазуха, бел. пазуха, пол. pazucha; ст.-сл. чрьнуха, ст.-пол.
Л’                                                                V
cernucha, чеш. cernucha, будучи отмечены в различных дрен-них и современных славянских языках, представляются обще­славянскими по происхождению.
С другой стороны, такие существительные, как русск. ле-петуха, укр. лепетуха, бел. лепетуха, пол. lepietucha; русск. молодуха, бел. молодуха, пол. mlpducha, чеш. mladucha; русех. повитуха, укр. повитуха, бел. повитуха, пол. powitucha; русск: старуха, укр. старуха, пол. starucha, чеш. starucha; русск. си­вуха, пол. siwucha; русск. солодуха, бел. солодуха, пол. sloducha, будучи отмечены, по данным имеющихся источников, только в восточнославянских и западнославянских языках, по происхождению, вероятно, являются общеславянскими сло­вами, однако распространены они были только на территории северных праславянских диалектов.
В современном русском литературном языке существи­тельные с суффиксами -ух-а и у-ша являются областными по своему происхождению и имеют в большинстве случаев про­сторечно-разговорный характер.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Из истории псковских говоров
  • Славяне, финны, балты и скандинавы на северо-западе европейской России
  • Отражение быта в речи псковских крестьян
  • Опыт краеведческой работы
  • Интересное