Поиск по сайту

Псков в истории средневековой России

Н.Н. Масленникова
История Пскова и Псковской земли, полная драматизма и своеобразия, издавна привлекала внимание историков-летописцев, многих историков России. Историография Пскова богата и заслуживает специального изучения, она включает работы, разные по теме и характеру использованных источников. Одну из первых книг, посвященных «Истории княжества Псковского», пишет митрополит Евгений (Болховитинов), член «ученой дружины» Н.П. Румянцева, а лучший до нашего времени путеводитель по Пскову принадлежит генерал-лейтенанту в отставке Н.Ф. Окуличу-Казарину1.
Новейшие исследования, посвященные Пскову, ведутся большими авторскими коллективами псковских историков, филологов, археологов, искусствоведов и лингвистов, представляющих сложившуюся научную школу, для которой характерно комплексное изучение письменных и археологических материалов, данных натурных исследований памятников истории и культуры. Этот коллектив объединяет вокруг себя многих исследователей Москвы, Санкт-Петербурга, Новгорода и других городов, связанных с изучением истории Пскова и Северо-Запада России. На современном научном уровне в монографиях, публикациях источников, популярных изданиях, научных журналах, выходящих в Пскове, разрабатываются новые методы изучения истории города и делаются новые открытия. Однако в истории Пскова еще много проблем, которые нуждаются в изучении и поисках новых материалов.
Изучение проблемы происхождения Пскова возвращает нас к монографии А.Н. Насонова «Русская земля» и образование территории древнерусского государства»2, которая в 50-е годы не получила широкого признания и обсуждения. Для нас она представляет особый интерес, так как никто из историков лучше и полнее А.Н. Насонова не знал псковское летописание и не было до его работ академического издания «Псковских летописей»3.
По мнению А.Н. Насонова, «Русская земля», упоминаемая в договорах Олега и Игоря с греками, является господствующим ядром Киевского государства4. Границы «Русской земли» определилась в течение второй половины IX в. и сложились в течение X в., когда слабел хазарский каганат. В первой половине X в. на северные и западные края простиралась ее власть, власть киевских князей, они были «внешней Русью», по определению Константина Багрянородного. Древнейшие сведения о Пскове говорят, по мнению А.Н. Насонова, о связях Пскова не с Новгородом, а с Киевом и о значении его как одного из периферийных центров Древнерусского государства. Псков и Изборск привлекали киевских князей, так как граничили с землями, населенными эстонской чудью, а походы на чудь приносили дань, добычу и живую силу, чудь принимала участие в далеких походах киевских князей (но никогда потом не упоминалась в составе новгородского войска)5.
А.Н. Насонов не использовал и не имел возможности использовать археологический материал. Но его многие наблюдения подтверждаются и получают развитие в работах В.В. Седова. История северо-западной ветви восточных славян изучена теперь на основании новейших исследований по всей территории Восточной Европы6. Особый интерес представляет, на наш взгляд, статья В.В. Седова «Русский каганат IX в.», дающая этнокультурную карту, составленную на основании археологических данных и включающую ряд наблюдений, важных для понимания процесса проникновения славян на Северо-Запад7. По наблюдениям автора, хазарский каганат в VIII-IX вв. строил крепости против арабского халифата на юго-востоке, а.в 30—40—е годы IX в. стал
строить крепости «с использованием византийской фортификационной традиции» на северо-востоке. Его противниками могли быть в первой половине IX в. славяне, распространившиеся на Днепровское Левобережье, а затем на Дон и Волгу, вероятно, это и была Русская земля в «узком смысле», в то время как Новгород и его земля в состав этой Руси не входили8.
В.В. Седов дает характеристику расселения славян в лесной зоне как длительного, сложного и многоэтапного процесса, а освоение новых земель считает результатом нескольких миграционных волн, «протекавших из разных областей праславянского ареала и в разные времена»9.
Две миграционные волны затронули Северо-Запад. В V — VIII вв. произошло расселение славян в бассейнах р. Великой, Псковского озера и южного Приильменья, это хорошо изученная культура псковских длинных курганов. Славяне пришли в эти края из среднего течения Вислы, где происходили значительные изменения географических условий.
«Внешняя Русь», в том числе Псковская земля, очень рано и в значительной мере независимо от Поднепровья стала славянской.
Вторая волна славянского освоения Северо-Запада (VIII-X вв.) изучена археологами по культуре сопок, носители которой вошли в регион, ранее освоенный племенами культуры длинных курганов и оказали влияние на эти племена, так как уже были знакомы с более совершенными методами хозяйствования. Псковское первое славянское поселение пережило примерно такие же два периода: V-VII и VIII-IX вв., во втором периоде Псков стал крупным поселком с ремесленной деятельностью, административным и культурным центром, а на рубеже IX-X вв. превратился «в типичное ран-негородское поселение со всеми признаками топографической структуры, присущей древнерусским городам на ранней стадии их развития»10.
Основу населения Пскова составляли потомки обитателей Псковского городища и окрестных селений11, в том числе Камно.
К началу X в. Псков, находящийся на периферии Киевского государства, начал играть значительную роль в укреплении и расширении его границ, все первые князья уделяли ему большое внимание. Рубеж Русской земли и Прибалтики проходив по Из-борской котловине с XI в., после основания князем Ярославом города Юрьева, граница проходила по западным берегам Псковского и Чудского озер.
Для изучении истории Пскова XII—XIV вв. особое значение имеет статья В.Л. Янина, посвященная, казалось бы, пересмотру датировки Болотовского договора12. На самом деле в статье убедительно доказывается, что веками существовавшее в исторической науке преставление о том, что Псковская земля с XII до середины XIV в. входила в состав Новгородской земли и приобрела независимость в результате Болотовского договора, было ошибочным, возникшим в трудах Н.М. Карамзина «по неверно трактуемым летописным известиям». На самом деле Болотовский договор Н.М. Карамзиным трактуется традиционно, как в работах В.Н. Татищева и Н. Ильинского13.
По мнению В.Л. Янина, при разделе Русской земли между сыновьями Владимира Псков входит в число безусловно самостоятельных княжений. Государственное единство Пскова и Новгорода относится к 1036-1136 гг. Начиная с 1137 г. с призвания изгнанного из Новгорода князя Всеволода Мстиславича, «на всем протяжении XII — первой половины XIV в. Псков не обнаруживает даже малейших признаков политической зависимости от Новгорода»14. В Псковской земле был особый княжеский стол, посадников в Псков новгородцы не посылали и лишь в церковном отношении Псковская земля была частью Новгородской епархии и подчинялась новгородским владыкам.
Исследование В.Л. Янина не оставляет сомнений в необходимости пересмотра датировки и оценки значения «Болотовского» договора.
В статье В.Л. Янина выдвигается интересная версия объяснения состава «волости Новгородской», приведенной в Новгородской 1 летописи 1270 и 1316 гг., включающей и «плесковичей», традиционным обозначением временного военного союза между Новгородом и Псковом15.
Статья В.Л. Янина о взаимоотношениях Новгорода и Пскова, а также статья Ю.Г. Алексеева в данном сборнике «Кампания 1463 г. на псковско-ливонском рубеже» демонстрируют возможности дальнейшего сравнительного изучения псковских и новгородских летописей для конкретной истории Пскова, а также необходимость изучения самих псковских летописей, которые, несмотря на превосходное качество издания А.Н. Насоновым текстов, не имеют научного комментария.
Сопротивление Пскова и Новгорода и княжеских владимиро-суздальских дружин послужило препятствием развитию немецкой агрессии. Победа на Чудском озере помогла установить князю Александру Невскому северо-западную границу Пскова и Руси с Прибалтикой по р. Нарве, Чудскому озеру, рекам Пивжа (Пиуза) и Мегузица (Мезкси). Эта граница просуществовала без изменений до конца XVII в., с небольшими изменениями эта граница существует и сейчас. В исторической литературе подчеркивается, что эта граница — рубеж двух цивилизаций — православной Руси и латинской Европы16. Религиозной и культурной жизни Пскова это придало напряженный и насыщенный характер.
Однако западный берег Чудского озера и город Юрьев были утрачены. Псковская земля стояла на защите своей и всей Русской земли от немецких рыцарей и Литовского государства, которые в XIV-XV вв. становились все сильнее и агрессивнее.
В Пскове возводится и со временем все усложняется уникальная система оборонительных сооружений, состоящая из укреплений 14 пригородов, в центре которой находится неприступная Псковская крепость.

Страницы: 1 2

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Идея державности в самосознании псковичей
  • История Пскова на страницах «Псковских губернских ведомостей»
  • Изменение границ Псковской земли
  • Сборник Псковского общества краеведения
  • Интересное