Поиск по сайту

Присоединение Пскова к России

Б. Б. Кафенгауз в работе «Псковские изорники» исследует лишь институт изорничества; при этом он пользуется не только данными Псковской судной грамоты, как это было принято в исторической науке, но привлекает также известия об изорниках из жития Евфросина и данные новгородских писцовых книг, называвших в соседних с Псковской землей пятинах села Изори. Как и Б. Д. Гре­ков, Б. Б. Кафенгауз считает, что изорники вместе с огородниками и кочетниками отличаются от основного населения Псковской зем­ли — смердов: «Еще недавно он был вполне свободным человеком, и затем, став изорником, он остается под покровительством город­ских вечевых властей. Повидимому, хуже всего было положение „старых", т. е. застаревших, изорников, обязанных добавочной под­водной повинностью. Процесс феодализации еще не зашел по отно­шению к изорникам так далеко, как это было со смердами». 2 Одна­ко Б. Б. Кафенгауз все-таки отказывается утверждать что-нибудь определенное о степени экономической и юридической зависимости изорника, ссылаясь на недостаточность данных источников.
Статья Б Б. Кафенгауза «Посадники и боярский совет в древ­нем Пскове»3 представляет собой попытку по-новому подойти к изучению вечевого строя в Пскове, показать на основе обширного материала фактическое господство боярства при вечевом строе. Основное внимание автора обращено на то, чтобы исчерпывающе учесть весь летописный материал о псковских посадниках, о бояр­ском совете. В статье делается попытка по-новому объяснить зна­чение некоторых терминов, например термина «старый степенной посадник», дается таблица псковских посадников в их хронологи­ческой последовательности, приводится материал для биографии некоторых посадников. Б. Б. Кафенгауз ставил своей задачей по­казать классовую сущность государственного устройства в Новго­роде и в Пскове на основе марксистско-ленинского учения о смене общественно-экономических формаций.4 Он поднимает вопрос о на­следственности посадничества. Однако автор не использует свой материал для решительных обобщающих выводов, оставляя для других исследований в этой области очень интересный материал.
Таким образом, можно отметить, что вопрос о политическом строе в Пскове еще должен изучаться, как должен изучаться и во; прос о классовой борьбе в Пскове. Специальное исследование клас­совой борьбы в Пскове до сих пор шло главным образом вокруг вопроса о событиях 1483—1486 гг.—о так называемом деле со смердьей грамотой. В той или иной степени этих событий касались
1  Б. Д. Греков. Указ. соч.
2  Б. Б. Кафенгауз. Указ. соч., стр. 42.
s Б. Б. Кафенгауз.    Посадники    и    боярский совет в древнем Пскове. Исторические записки, т. 33,  1950, стр.  174. 4 Там же.
все исследователи, занимающиеся вопросами истории Пскова. Со­бытия 1483—1486 гг. — единственный случай в псковской истории, когда летописец прямо указывает на борьбу между «большими» и «меньшими» в псковском обществе. Событиям 1483—1486 гг. по­священы в советской исторической науке статьи Б. Д. Грекова,1 С. В. Юшкова,2 С. Н. Чернова,3 большое место уделяет им в своей статье В. И. Герасимова,4 но единой точки зрения еще не вырабо­тано.
В статье Б. Д. Грекова не дается четкого решения вопроса о сущности событий 1483—1486 гг. Б. Д. Греков отмечает сложность вопроса о деле со смердьей грамотой, важность решения вопроса о смердах — основном земледельческом населении псковской обла­сти. Не возражая основательно против самой простой и убедитель­ной трактовки событий, которая говорит, что «черные люди» боро­лись в 1483—1486 гг. с боярством и что смерды оказались лишь орудием в руках боярства, приведя аналогичные этому случаю при­меры из истории Польши, Б. Д. Греков, однако, утверждает, что нельзя сказать ничего определенного о событиях 1483—1486 гг. в Пскове из-за недостаточности, недосказанности летописных источ­ников, из-за отсутствия текста каких-либо подобных же «смердьих» грамот. Он считает, что есть основание говорить о том, «что вече защищало ту смердью старину, против которой выступили псков­ские землевладельцы».6 В конце концов Б. Д. Греков находит воз­можным сделать вывод, что в XV в. в Пскове «победили черные люди, точнее, тот порядок, которым дорожили смерды. Боярские вожделения потерпели крах потому, что Москва не была заинтере­сована в поддержке бояр. Может быть (опять предположение, — Б. Г.), Москва воспротивилась введению для смердов нового, бо­лее тягостного режима».6 Такая трактовка событий представляется нам неверной. Поведение смердов, политика боярства по отноше­нию к смердам нам кажется совсем иной, так же как и самый ис­ход событий. Победа оказалась не на стороне черных людей, как утверждает Б. Д. Греков, а на стороне псковских землевладельцев. Это было обусловлено, по нашему мнению, тем, что великий князь поддерживал эксплуататорский класс и его стремления к усилению эксплуатации крестьян. Очень ценно и правильно утверждение Б. Д. Грекова    о том, что «псковское вече "в это время было безу-
1  Б. Д.  Греков.    Движение псковских смердов  1483—1486 гг. и смердьи грамоты. Исторические записки, т. 20, М.,  1946.
2  С. В. Юшков. Псковская аграрная революция XV в.    Известия    обще­ства марксистов, № 3  (11).
3  С. Н. Чернов.    Заметки    о    псковских смердах и волнения 80-х годов XV в.    Исторический    сборник,    т.  1    (Труды    Горьковского   Гос.    пед.   ин-та им. Горького. Горький, 1939).
4  В.  И. Герасимова.    Присоединение    Пскова к Московскому центра­лизованному государству. Уч. зап. Лен. Гос. пед. ин-та им. Герцена, т. 78, Л., 1948.
5  Б. Д. Г р е к о в. Указ. соч.. Ист. зап., т. 20, стр. 22.
6  Там же, стр. 23.
словно демократическим, так как в нем господствовали черные лю­ди».1 Ниже, во II главе настоящей работы, мы попытаемся дать свою трактовку событий 1483—1486 гг. в Пскове на основании ма­териалов Псковской первой и Псковской второй летописей, кото­рыми пользовался и Б. Д. Греков.
В. И. Герасимова в своем понимании событий 1483—1486 гг. расходится с Б. Д. Грековым.2 Она полагает, что основным движу­щим мотивом борьбы этих лет была борьба смердов против эксплуа­тации. По нашему мнению, которое мы постараемся обосновать в дальнейшем, содержанием этих событий является борьба бояр за закрепощение крестьян и сопротивление черных людей политике бояр, направленной на усиление их могущества, — факты ожесто­ченнейшей классовой борьбы. В. И. Герасимова правильно считает, что решающее слово в этих событиях принадлежало великому кня­зю, но, по ее мнению, великий князь поддерживал в этой борьбе смердов, что ослабило силу боярства и принесло победу смердам.3 Как мы увидим ниже, великий князь встал на сторону землевла­дельцев, чьи права не были ограничены,—был закреплен новый шаг к усилению эксплуатации крестьян.
Таким образом, в истории Пскова исследовался только факт проявления классовой борьбы в 1483—1486 гг.; самое же развитие классовой борьбы в Пскове в период образования Русского цент­рализованного государства не рассматривалось и требует особого внимания исследователей.
В советской исторической науке существует обширная литерату­ра, посвященная Псковской судной грамоте,4 однако почти всех ис­следователей интересовали, в первую очередь, происхождение и со­став Псковской судной грамоты. В этом направлении советскими учеными сделано очень много, хотя до сих пор существует несколь-
1   Б. Д.  Греков. Указ.  соч.,  стр.  20.
2   В. И. Герасимова. Указ. соч., стр. 113—123. s Там же, стр. 122—123.
4 П. А. Аргунов Крестьянин и землевладелец в эпоху Псковской судной грамоты. К истории сеньориальных отношений на Руси. Саратов, 1925; М. М. Богословский. К вопросу об отношениях крестьянина к земле­владельцу по Псковской судной грамоте. Летопись занятий постоянной Исто-рико-архивной комиссии за 1926 г., вып. 1 (34), Л., 1927; М. К. Рож ко в а. К вопросу о происхождении и составе Псковской судной грамоты. М.—Л., Ю27; Б. Д. Греков. Земледелец и землевладелец в Пскове в XV веке. Про­блемы истории докапиталистических обществ, № 5, М.—Л., 1934; Псковская судная грамота. (Новый перевод и комментарии Л. В. Черепнина и А. И. Яков­лева). Ист. зап., т. 6, 1940; Л. В. Ч е р е п н и н. К вопросу о составе Псков­ской судной грамоты. Ист. зап., т. 16, 1945; Б. Б. Кафенгауз. О происхож­дении и составе Псковской судной грамрты. Ист. зап., т. 18, 1946; И. Д. М а р-т ы с е в и ч. Псковская судная грамота. Историко-юридическое исследование. М„ 1951; И. И. Полосин. Псковская судная грамота. Уч. зап. Мое. пед. ин-та им. Ленина, т. XV, М., 1952; М. М. Исаев. Уголовное право Новго­рода и Пскова XIV—XV вв. Труды научной сессии Всесоюзного ин-та юриди­ческих наук 1—6 июня 1948 г. М., 1948; А. Сейненский. Уголовное право Новгорода и Пскова в XIII—XV вв. Уч. зап. Куйбышевского пед. и учит. ин-та лм. Куйбышева, вып.  10,  1951.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Княжеское правление в Пскове (XII — XVI вв.)
  • О церкви Спаса.
  • Псков и Москва на пути к объединению
  • Псковское вече
  • Интересное