Поиск по сайту

Присоединение Пскова к России

Вероятно, в свое пребывание в Пскове в 1568 г. князь Андрей Курбский познакомился с Корнилием. Некоторое время он даже-жил возле Печерского монастыря. Здесь им было «писано дела государское», которое он должен был спрятать под печью вместе с «тетратками», «страха ради смертнаго».1 В дальнейшем- Андрей Курбский и Корнилий поддерживают связь между собой, — как можно заключить из произведений Андрея Курбского и четырех его-посланий в Псково-Печерский монастырь. Эти послания посылают» ся обыкновенно не Корнилию, а старцу Вассиану, его ученику и помощнику. Андрей Курбский видит в Корнилий своего единомыш­ленника, а потому отзывается о нем с большим уважением: «муж свят и во преподобию мног и славен: бо от младости своей в мни-шеских трудех провозсиял и монастырь он предреченный воздвиже».1 Как мы узнаем из послания Андрея Курбского к Вассиану,3 Корни-лий не раз давал деньги Курбскому. Курбский писал Вассиану, что-ему Псково-Печерский монастырь обязан своим благополучием: «И ныне есть не в трепете, ни во ужаси, но в тишине и в млре глубоце, да и трудов ради наших от царя силы и различными уго­дий одарены вы же».4 Связь с Андреем Курбским Корнилий под­держивал и после измены Курбского. Андрей Курбский уверен в сочувствии Корнилия: «и многажды много вам челом бью, помоли-теся о мне окаянном, понеже паки напасти и беды от Вавилона на нас кипети многи начинают».5
Игумен Корнилий отказал Андрею Курбскому в деньгах, боясь,, невидимому, гнева Ивана Грозного, так как вообще Псково-Печер­ский монастырь давал деньги в долг под заклад нив и пожен, <ак это известно из кабальной записи Елеазарова монастыря.6
В 1560 г. Корнилий, по сообщению летописца, «помог» царским войскам взять город Вельян: в праздник Успенья богородицы о» послал со святой водой священника, а вечером город от ядер заго­релся и был взят. Воеводами в монастырь был прислан вельянсшй колокол. На известии 1567 г. летопись Корнилия обрывается.
В 1570 г. Корнилий встречает Ивана Грозного во время era приезда в Псков. Об этом мы узнаем уже из Псковской первой летописи, а из повести о начале Печерского монастыря — о казни Корнилия: «летом сый яко 69, от тленного сего жития земным ца­рем был предпослан к небесному царю в вечное жилище» (ср. у Курбского: «тогда же убиен от него Корнилий игумен Печерсхого
1  Соч.   князя   Курбского    Т. I.   (Русская нстор. библиотека,   т. 31)   СПб.,. 1914, стр. 359—360.
монастыря»). Вместе с Корнилием был казнен его ученик Вассиан Муромцев. Причина казни Корнилия и Вассиана была предметом многих предположений и споров историков. Но, как заметил А. На­сонов, причины казни Корнилия могут быть выяснены при знаком­стве с его летописями. Однако А. Н. Насонов не проанализировал до конца его летописи.
Как мы уже говорили, изменения в летописи Корнилия1 по срав­нению с Псковской первой летописью проникнуты единой идеей, единой мыслью. Каковы же особенности летописи Корнилия? Ка­кова идеология автора или редактора ее?
Сокращения, характерные для летописи Корнилия, наблюдаются уже в изложении событий 1443 г.: наместник великого князя Алек­сандр Васильевич «целоваше крест ко князю великому Василью Васильевичю и ко всему Пскову и на всей псковской пошлине».2 А в Тихановском списке Псковской первой летописи мы читаем: «Целова крест ко князю великому Василию Васильевичю и ко всему Пскову по псковской пошлине по князя великого слову и по его воли». Ясно что автор Строевского списка стремится затемнить ведущую роль великого князя в назначении наместников в Псков, не хочет дать в летописи юридического обоснования этого назначе­ния и в дальнейшем. Получается видимость добровольного под­чинения псковичей.
О событиях 1462 г. в Псковской первой летописи говорится е осуждением: людей, «сопхнувших со степени» князя Владимира Андреевича, она называет «невегласами», злыми людьми. Между тем, летопись Корнилия сочувствует этим псковичам, осуждает Вла­димира: «он приеха не по псковской старины, псковичи не зван, а на народ не благ, и изо Пскова с бесчестием поеха на Москву к вели­кому князю Ивану Васильевичю жалится на псковичь».3 Не-при-знает летописец князя, привезенного по воле великого князя без всякого на то желания псковичей.
Подробно описывает летопись Корнилия приезд Софьи Палеолог в Псков, в то время как в Псковской первой летописи об этом со­бытии сообщается очень кратко.
Часто в летописи Корнилия намеренно выпускаются известия о наместниках великого князя: 1488 г.— смерть Ярослава, 1489 г.— отъезд Константина в Литву. Почти совсем летопись не говорит о делах общерусских. Так, например, под 1492 г. пропущено изве­стие о том, что воеводы великого князя взяли Нарову, под 1496 г.— о походе на Свею, под 1509 г.—о походе Углицкого и Волоцского князей к Казани. Под 1490 г. в летописи Корнилия умалчивается, что псковичи по требованию великого князя ходили к Иван-городу. Под 1499 г. летопись Корнилия говорит только о том, что великий князь отдал Новгород и Псков своему сыну Василию.
1   ГПБ, Погод, собр., № 1413.
2  Там же, л. 93.
3  Там же, л. 112 об.
В Псковской первой летописи за этим сообщением следует длин­ный рассказ о том, лто пековичи отказывались целовать крест Ва­силию, а просили Ивана Васильевича и его внука «держать их по старине», на что великий князь отвечал им: «ино кому хочю, тому дам княженство».1 В Строевском еиГиске намеренно выпускается это свидетельство реальной силы великого кнШя\в Пскове.
Выпускаются известия, говорящие о совместной борьбе москви­чей с псковичами против немцев и Литвы. Нет известий 1500 г. о победе московских воевод над литовскими воеводами и о том, как псковичи «не ослушалися» великих князей и помогали им про­тив Литвы. Под 1501 г. нет известия о том, что псковичи дрались вместе с москвичами у Изборска и были «на государьской службе в Литовской земли»,2 как просили помощи у великих князей и «князи великий ялися отчину свою боронити от немец».3 Рассказы­вая о взятии немцами Острова, летописец не говорит, что москвичи боролись вместе с псковичами.
После событий 1510 г. летопись Корнилия продолжается в том же духе. Выпущены известия 1511 г., где говорится о добрых на­местниках великого князя, о том, что псковичи помогали великому князю под Смоленском. Описывая события 1517 г., печерский лето­писец ни одним ‘словом не обмолвился о том, что в этом году вели­кий князь московский на свои средства и с помощью всего псков­ского населения, в том числе и духовенства, восстанавливает в Пско­ве обвалившуюся -крепостную стену и что восстановительными ра­ботами руководит присланный из Москвы Иван Фрязин. С осужде­нием отзывается автор Псковской третьей летописи о вторичной женитьбе Василия Ивановича: «Прелюбы творит».4 Между тем, в других списках псковских летописей трогательно -говорится" о горе Василия Ивановича, о том, что эту женитьбу ему подсказывают бояре.
Начальный период существования Печерского монастыря в ле­тописи Корнилия освещен очень слабо. В других летописях расска­зывается о монастыре, о его чудесах и славе «не токмо в Руси, но и в Латыне, рекше в Немецкой земле, даже и до моря Варяжска».5 О Мисюре Мунехине, который снабжал монастырь средствами, в летописи Корнилия сообщается коротко: «помогал». В течение 18 лет, с 1510 г. до своей смерти, дьяк Мисюрь Мунехин играл Очень важную роль в жизни Пскова. Вместе с наместником вели­кого князя он водил войско псковичей под Бреслав, в 1521 г. от имени Пскова по указанию великого князя заключил мир с нем­цами, в 1523 г. выступал посредником между великим князем и ревельским архиепископом, в 1525 г. построил по приказанию ве­ликого князя «стрельницу каменную на Гремячей горе», но ничего этого мы не узнаем из летописи Кориилия; нет в ней даже такого-
< Псковские летописи, стр. 83.
*  Там же, стр. 84.
*  Там же, стр. 85.
*  Погод,   собр., № 1413, л. 218.
*  Псковские летописи, стр. 101.
указания, что в 1528 г. Мисюрь умер в Пскове и был похоронен в Псково-Печерском монастыре, а имущество его взял себе великий князь. Замалчивая деятельность Мисюря, имя которого было оли­цетворением московской власти в Пскове, летописец стремится при­низить престиж великого князя в Пскове.
Предположение, что сведения о Мисюре Мунехине не опускают­ся Корнилием, а вставлены редактором Псковской первой летописи, составленной или Филофеем, тесно связанным с Мисюрем, или кем-нибудь из окружения Филофея, — не имеет достаточных оснований. Во-первых5 известия, которые выпускает Корнал ий-; никогда не бы­вают посвящены одному Мисюрю, так что пропуски эти делаются с большим ущербом для летописи. Во-вторых, Мисюрь был хорошо известен монахам; ведь он первый сделал их монастырь значитель­ным. То, что монахи замалчивают не только его выдающуюся деятельность в Пскове, но и его погребение в монастыре, конечно, «е случайно.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Княжеское правление в Пскове (XII — XVI вв.)
  • О церкви Спаса.
  • Псков и Москва на пути к объединению
  • Псковское вече
  • Интересное