Поиск по сайту

Похоронно поминальная обрядность

и из цветов разных видов. Бросали венки в колодец, при этом девушки могли загадывать сразу на два венка — на себя и на парня. «На Ивана вёчарам пля-тём, а тады на ночь кидаем у калодизь. У калодизь тады — сходятца вянкй чи не. <…> Как уже люблю я, и пляту вянок — сабё и яму. <…> А наутра идём, вянкй глядим» (Нев., Стайки 1941-04).
Девушка могла плести венки, загадывая на не­скольких парней: «Ну, вот я вью вянкй, примерна, на аднавб там с рамашек, на другова с васильков или там ещё какую траву, ну и брасаю еще в ключ в свой. Венок на себя савьёшь и на этих ребят са-вьёшь. Ну, и к катораму вянку твой вянок падай-дёть, всё гаварили, што абязательна судьба твоя» (Нев., Голыни 1941-15).
Венки пускали в озеро: «Загадывают дивчаты. Куды тот вянок паплывёть, туды замуж зайдёть». Девушка про себя проговаривала: «Плыви туда, мой венок, куда мне замуж ийтй» (Нев., Молокое-дово 1941-20).
В д. Маслюки записано гадание, при котором девушка на выданье, стремясь узнать о своем буду­щем, ночевала в амбаре с венком на голове: «Я кагда была девушкой, с девяти сартбв трау звила вянок, и надела вянок, лета спать в амбаре (бывала ж, в амбаре спят маладые), и загадала: "Суженый-ряженый, прихадй вянок снимать". И пришёл ка мне парень, катбрага я ищё ни знала…» (Нев., Мас­люки 1939-10). Среди рассказов о сбывшемся гада­нии записан и такой: «Из девяти цветков сплела ве­нок, одела на голову, легла спать, говорю: "Суже­ный-ряженый, приходи (приснись) гулять, венок снимать". Пришёл ночью, начал снимать венок не­знакомый парень. Осенью его встретила — была свадьба» (Нев., Терпилово РФ 1684).
Иванские цветы, особенно освященные в церк­ви, наделялись целебными и магическими свойства­ми: «Сабирали цвяты, ходили в цёрькву, по-свяшчали. И ёты цвяты лежать год в случай, што [кто-нибудь] заболёеть. Эти цвяткй кладут на што-нибудь и зажигають, обносят этова человека, што-бы падымйть ево иваньским цвятам» (Пуст., Торчи-лово 2096-04). Освященной травой «курють гроб», зажигают траву в хлеву во время отела коровы (Нев., Мыленка 1946-56).
В этот период особо актуальными становились рассказы, былички о кладах, колдунах, колдуньях, ведьмах, чаровницах, закликухах, «недобрых»67 и т. п.: «Ходи в Иваньскую ночь, где-нибудь уви­дишь аганёк гарйть, эта там клад — иди капай» (Пуст., Торчилово 2096-06). Детям не разрешали ходить в лес, пугая русалками, «лизунами»: «Толь-ки падайдй к вадь’1, <…> то лиз^н схватит… Тольки падайдй к калодцу…» (Нев., Терпилово 1939-20).68 Описание внешнего вида и поведения колдуний, за­писанное в д. Кресты, по-видимому, связано с обли-
ком русалок: «…сядут на берёзу, волосья распуска­ли, поймають кого, защокочуть» (Нев., Кресты РФ 1683). В д. Дроздове говорили о русалке: «русалка бегала, волосы распустив» (Нев., Дроздове РФ 1683).
Бытовали представления о том, что в Иванову ‘ ночь у коров становилось меньше молока: «Ведьмы кричали, чтобы у коров не было молока. Мать кол­довала. Закликать коров: "Матрёшка!" — "Му-у!" — коровы ведьме откликнутся» (Нев., Борисково РФ 1683).69
Чтобы уберечь дом и скотину от колдунов, ве­шали в сарае пучки крапивы, «кастрю» и «дедбв» -«закликуха абкблетца» (Нев., Мыленка 1946-56), «штоб калдунь’г руки абжигали» (Нев., Голодница 1722-04),70 «калдун придёть и вь’гсалеть плазы» (Нев., Харланиха 1965-07). Смельчаки ходили сте­речь колдуний: «Вот у нас на Ивана калдуны хадй-ли. <…> Мы с аднйм парнем взяли ружья и хадйли ночью. Всю ночь прахадйли — кабы эта калдуна падстрелйть» (Пуст., Шалахово 2138-08).
Основные события иванской обрядности при­урочены к кануну Иванова дня. В собственно Ива­нов день обязательным было участие в церковной службе, праздновании Рождества св. Иоанна Крес­тителя: «на другой день — праздник, в церковь идём» (Нев., Кресты РФ 1683).
ТОЛОКИ ПО ВЫВОЗУ НАВОЗА НА ПОЛЯ
В системе полевых работ устойчива традиция весенних, петровских, осенних толок, которые уст­раивались для вывоза навоза на поля. Организация толок связана, в основном, с тем периодом, когда крестьянину необходимо было вывозить навоз на паровое поле, под озимую рожь. Обычно это при­урочивали к Петрову посту. «Абычна, бувала, навоз возят — паравая поля. Эта в канцё июля. А в августе уже нада рожь пасёять. Эта вот пасреди лёта. Канёц июля и начала августа» (Нев., Усово 1939-14).
Хозяин приглашал себе помощников из родни или соседей, которым затем помогал и сам: «Пять, чатыри или там шесть пазавёт — там свата, брата, кума, — кто-то и сам едет…» (Нев., Усово 1939-14). Стремились приглашать соседей с лошадьми. «Раньше было так, што сабирали — сасёд к саседу, с лашадьмй [т. е. у кого есть лошади]. Сабирали уже сасёдей, приглашали, пригатовлялися. Там ужо пригатовляли справы… [Разбивалыциц] при­глашали, ббльше каторые пели песни» (Нев., Ху-доярово 1971-16). Бывало и так, что специально на толоки не созывали, а по давно существующему обычаю «всем миром» помогали по очереди каж­дому хозяину в деревне: «Сявбдни аднаму, заутре втарому, послезаутре третьему» (Пуст., Шалахово
2137-22). Масштабы толок, количество участвую­щих помощников зависели от размеров хозяйства: «Если он [хозяин], примерна, багата живёт, имеет там имущества — лашадёй, карбв, <…> он сабирает чалавёк двадцать на эту талаку» (Нев., Голыни 1941-15).
Существовало распределение обязанностей, с которым связывались наименования выполняющих тот или иной вид работы: мужчины — «копачи»71 -накапывали навоз в хлеву, женщины и девушки раз­бивали навоз на поле — «разбивалыцицы», «разби-вальницы»;7^ детям-подросткам доверяли возить навоз на поле — «повозники»:73 «Примерна сабира-ют пятёрку лашадёй. Таких мальчишек сабирают лет по двенадцать, по пятнадцать, мбжа, анй были, назывались павбзники, лашадям правили. Им воз налбжут, анй вязут на поля. И была у каждава свая нйва, а хазяин там на сваю нйву скапавал. И патом были, катбрые уже сзади разбивают навоз — эта женщины, <…> и капачй — а здесь, примерна, чаты-ри, мбжа, пять чилавёк во дваре у ягб. И вот ло­шадь за лошадью ходит, те с двора только накапы­вают, ребятишки ёти вязут на поле, хазяин там ска­пывает, а женщины разбивают. У них идёт всё ра­зом» (Нев., Видусово 1958-29).
Характерно наименование толочного «дейст­ва» — хозяин (называется его имя) «толоку игра­ет»:74 «И вот прихбдить ётат уже пост [петровский], начинають талбки играть. Сегбдни Пятрбвна игра-еть талаку\ К ей едет канёй штук шесь, шесь мужу-кбу — капать. И тады яшо штук пять жёншин таких крепеньких. Эти бу\дут на пбли разбивать, эты [му­жики] б^дуть в скотнику капать, а таких падрбст-кау, там то мальчишки, то девчонки — лошадью ру-кавадйть. Он её пригнал, тут ану загрузили, он па-вёз» (Нев., Терпилово 1939-02)."
Разбивая навоз на толоках, дожидались УГО­ЩЕНИЯ, которое имело ритуальное значение. В основном это была каша из ячных круп, овсяная ка­ша — «гуща» (Нев., Червоеды 1944-48), сырница и овсяный кисель — «жур» ( Нев., Усово 1939-14); в ка­шу также могли добавлять картошку — «каша яч-ная, картошку туда, масло» (Высоцкие РФ 1684).
Угощению предшествовали обрядовые дейст­вия, связанные с приготовленной хозяйкой кашей: КАШУ КРАЛИ — уносили на поле и там украшали цветами, после чего требовали за нее выкуп у хозя­ев. «Кража» каши имела обрядовое значение, с ук­раденной кашей шли на ржаное поле: «[Кашу] у ха-зяина са стала нада украсть. <…> Кашу украдем са стала — да и вон! Ды на поля сййдем, да цвятбв нарьвём, да и вянок савьём, да на кашу. А хазяин -выкупай! Гарёлку давай тады. [Кашу] принясёшь, апять на стол и паставишь… Тады гарёлку дають. Ну, вянбк же выкупать нада» (Нев., Остров 1832-10).76 В воспоминаниях, посвященных этому обря-
довому действию, подчеркивается его праздничное содержание: «И такое было вясёлле: хазяйка кашу варила. И хадйли с той кашей у рожь, играли песни. <…> А ёли ж её дома. Так эта идуть и все играють, што:
Ради, Боже, жита бальшоя, густбя, Штоб наша хызййка у стбечку жала, Серядйнку ни гбала»
(Нев., Ярошки 1869-01).
Возможен также следующий вариант обрядо­вых действий с кашей: возвращая украшенную цве­тами кашу или сырницу, повозники приносили и надевали сплетенный для хозяйки венок (из рома­шек или других цветов). «Ана [хозяйка] паставит на стол кашу, а анй [повозники] эту кашу и панясуть. А патбм принбсять с цветами эту кашу на стол… Хызяйки с цвятбв таких с живых вянок на галаву такой сделают, хазяйке вянок адеют. <…> Тада ка­шу эту ставют на стол, а девушки пают песни» (Нев., Голодница 1721-07).

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Изменение границ Псковской земли
  • Районирование и климат
  • Загрязнение подземных вод.
  • Воды
  • Интересное