Поиск по сайту

Очерки социально-культурной жизни

А еще дальше печаталось разъяснение и обращение к тем, кого предстояло выселять: «Сегодня первый день вселения рабочих в буржуазные квартиры. За недостатком места буржуазия будет вселять­ся в рабочие квартиры. Буржуа, не забудьте на новоселье одеть калоши, открыть зонтик, — там холодно, там сыро и тесно, в рабочих подвалах. Там жутко: хирели дети в темных конурах и умирали без света; чахли отцы и матери — там пахнет смертью и страданием. Но… в калошах, с зонтиком… там можно жить».
Тогда, в 1919 г., многие искренне верили, что с выселением «буржуев» трудящиеся, и прежде всего рабочий класс, навсегда распрощается с трущобами, подвалами, чердаками, бараками и прочи­ми неблагоустроенными жилищами и заживут, наконец, счастливой комфортной жизнью. Но действительность и здесь оказалась сильнее романтических мечтаний, а выселение «буржуазии» лишь частично сняло остроту жилищного вопроса.
За годы Первой мировой и Гражданской войн жилищное хозяйство большинства городов пришло в тяжелое, запущенное состояние. В еще более сильной степени это сказалось на Пскове, в полной мере испытавшего на себе влияние огромного присутствия войск в годы Первой мировой войны, дважды-в 1918 и 1919 гг.-подвергавшегося оккупации и разграблению. В годы войны новых домов строилось очень мало или не строилось вовсе, а пришедшие в аварийное состояние не ремонтировались. С обострением «топливного кризиса» множество деревянных домов и хозяйственных построек пошли на топливо.
С началом возрождения промышленности и городского хозяйства, возвращением в город населения, ушедшего в деревню в годы войны, потребность в жилье значительно возросла. «Важнейшим вопросом материального быта рабочих все больше ставится жилищный вопрос», — констатировал в 1924 г. XIII съезд РКП(б). Но в первые годы НЭПа государство и его местные органы на улучшение жилищных условий горожан могли выделять лишь небольшие средства, поэтому далеко не все жилые дома своевременно приводились в надлежащее состояние. Особенно быстро ветшали деревянные строения, а таких в Пскове было большинство. Для смягчения остроты жилищного кризиса в первые годы НЭПа стали создаваться дома-коммуны и общежития при промышленных предприятиях. Так, в Пскове уже в 1921 г. было оборудовано 8 общежитий для 772 рабочих. В местах наибольшей концентрации рабочих начинали строиться фабрично-заводские посел­ки. В 1926 г., например, строительство такого поселка началось для железнодорожников при станции Псков-2. Продолжалось также изъятие «излишков» жилой площади у «нетрудовых групп» населения. В результате уже в 1923/24 хоз. году 71% всей жилой площади Пскова приходился на рабочих и членов их семей, 7,5% -на кустарей и ремесленников и лишь 1,5% — на долю «нетрудового элемента». И все же жилищные условия горожан оставались чрезвы­чайно стесненными, мало того — уплотненность квартир даже возросла. Например, 30% всех рабочих завода «Металлист» проживали в общежитиях и «рабочих домах», а 70% рабочих зольного цеха кожзавода «Пролетарий» вынуждены были снимать квартиры у инди­видуальных владельцев, 15% их вообще проживали в окрестных деревнях.
Картину состояния жилого фонда, как и условий жизни псковичей, ярко представили городская перепись 1923 г. и Всесоюзная перепись населения 1926 г. Так, по данным 1923 г., большинство квартир в Пскове — 6314 — вообще были без элементарных удобств, 75% их были с печным отоплением, а значит, в сильной степени подверженными пожарной опасности. Квартир с центральным отоплением в Пскове оказалось всего 50, но действовало оно лишь в 19 квартирах; с водопроводом, канализацией — только 458 квартир. Большинство их к тому же не получали электрического освещения. Пришлось заселить жильцами многие памятники гражданской архитектуры, монастырские
постройки и подворья. На территории Ивановского монастыря, например, был оборудован рабочий городок кожзавода «Пролета­рий».
Перепись населения 1926 г. выявила наличие в Пскове 8406 строений, из которых жилыми являлись 3827. В них в общей сложности имелось 7665 квартир, но 347 из них пустовали, ибо находились в таком состоянии, что оказались просто непригодными для жилья. К тому же 25,5% всего жилищного фонда требовало капиталь­ного ремонта, а 30,6% — текущего. В среднем на каждого жителя приходилось по 7,3 кв. м жилой площади, а в каждой комнате проживало от 3 до 8 человек. Вследствие чрезвычайной скученности под жилье использовались 12,8% всех имевшихся в домах кухонь. Подавляющая часть городских квартир — 88,9% — вообще не имели никаких удобств, водопроводом и канализацией были оборудованы лишь 6% квартир, только водопроводом — 3%.
В этих условиях путем простого ремонта, уплотнения и выселения (а возможности последнего средства постоянно сокращались) карди­нально решить жилищный вопрос было невозможно. Выход был только в развертывании обширного жилищного строительства, но в 1920-е гг. масштабы его были чрезвычайно низкими. «Спасало» в определенной мере положение лишь то, что население Пскова вплоть до начала 1930-х гг. росло не такими уж бурными темпами. Но все же норма обеспечения жилплощадью горожан не возрастала, а, наоборот, уменьшалась: в 1930 гг. она составляла в среднем на человека 7 кв. м, а в 1933 г. понизилась до 6 кв. м. Скученность и переуплотненность продолжали оставаться характерной приметой городской жизни. Еще больше обострился жилищный вопрос в первой половине 1930-х гг. В городе вступали в строй новые промышленные предприятия, реконст­руировались и расширялись действующие, что повлекло расширение потребности в рабочей силе и приток в город крестьянского населения вследствие проведенной коллективизации и «раскулачивания». Расши­рилась сеть школ ФЗО, средних специальных учебных заведений (техникумов), в 1932 г. был открыт педагогический, а в 1934 г. и учительский институт. Наконец, в городе в силу его пограничного положения размещалось большое количество воинских частей с командным и политическим составом, что также повышало потреб­ность в жилой площади. Курс государства по перераспределению капиталовложений в пользу промышленного строительства в ущерб
объектам социального назначения привел к тому, что с острым жилищным кризисом столкнулись почти все города страны, и Псков не являлся здесь исключением. Он к тому же после упразднения в 1927 г. губернии являлся окружным центром Ленинградской области, и ряд руководящих работников не только шли на «повышение» в Ленинград, но и, наоборот, из Ленинграда приезжали на работу в Псков и тоже нуждались в жилье.
Для этой категории уже в середине 1920-х гг. стали оборудоваться специальные «номенклатурные» дома. В Пскове одним из первых стал иметь это назначение бывший дом Гельдта (угол Октябрьской и Некрасова, д. 30/38), затем на ул. Некрасова, 10, а весной 1934 г. напротив драмтеатра им. А. С. Пушкина, на пересечении улиц Ленина и Пушкина, было начато строительство еще одного дома, изначально получившего название «Дом специалистов». Он был четырехэтажным (что являлось в Пскове в ту пору редкостью), нижний этаж с общей полезной площадью 680 кв. м предназначался для торговых помещений, а остальные три этажа с площадью 1625 кв. м — для квартир. Первоначально на сооружение дома было отпущено 420 тыс. руб. Вначале строительство развернулось очень быстро: сказывались и предназначение дома, и то, что строители стремились до наступления холодов подвести его под крышу. Уже в ноябре 1934 г. была закончена кирпичная кладка, начаты работы на межэтажных перекрытиях и по оборудованию парового отопления, а также покрытию черепицей крыши. По рассказам старожилов, для строительства дома был использован кирпич от взорванного в 1933 г. на территории кремля Благовещенского собора XIX в. Так это или нет, но, во всяком случае, особых затруднений с нехваткой кирпича на стройке не было. Основные работы, за исключением внутренней отделки, планировалось завершить до Нового года, а все строительство — к 1 мая 1935 г. И вот с отделкой-то и начались сложности, сроки окончания ее стали все более отодвигаться. Стремясь все же уложиться в намеченные сроки, на стройке был объявлен конкурс бригад на досрочное и лучшее выполнение работ, «Коммунстрою» устанавливался премиальный фонд в 1500 руб. Наиболее отличившиеся бригады подлежали премированию в сумме по 500 руб.
Трудно установить, насколько эффективными оказались эти меры материального и морального поощрения строителей, но в 1935 г. добавился фактор, заключавший в себе административный ресурс и игравший все большую роль в завершении строительства. В марте

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • В Пскове подошел к концу ремонт четырех дворов
  • На пристани «Псков» предлагают установить мемориальную доску
  • Ольгинской часовне в Пскове исполнилось 15 лет
  • События февраля 1917 года в Пскове
  • Интересное