Поиск по сайту

Общая характеристика традиций деревень

?ф- «Запойны»
«Запбины» («запйвины», «богомолёнье»)3 устра­ивали через несколько дней после сватовства. В дом невесты приезжали 4-5 человек со стороны жениха (как правило, родители и сваты), в некоторых случа­ях — и сам жених. В качестве центрального эпизода запоин выступал обычай совместного моления Богу перед иконами. Назначали день свадьбы — устанав­ливали «СРОК», который колебался от одной неде­ли до месяца. «Прихбдют Богу малйтьца. Вот яшшё да свадьбы была малёнье. Гаварят: "Ну, Богу малйтьца пашлй". Эта ужб Богу мблютца пйряд свадьбый и дагавариваютца, када будит свадьба. В Зтыт день самый, как Богу мблютца, прихбдют к нявёсты, жанйх прихбдить, яшшё там, ну скблька там чилавёк, мбжа и пять прихбдит, дагаварятца и мблютца Богу» (Кун., Войлово 3285-48). Родители невесты устраивали ЗАСТОЛЬЕ — пили горелку и закусывали, что называлось «запивать» невесту.4
В деревнях Великолукского района обряд, имев­ший аналогичное содержание, был более разверну­тым по составу действий и включал ОДАРИВАНИЕ: невеста выносила дары, выполнявшие функцию за-
датка для жениха и его родни. В качестве даров чаще всего использовались различные виды традиционно­го рукоделья: полотно, платок, полотенце. Представ­ляет интерес упоминание о том, что каждого из гос­тей, приехавших на богомоление, дарили тканью, от­резанной от одного куска полотна: «Тады аны прийдуть Bofy малйтьца — чилавёка чатыри-пять. Тадь’1 их угышчаишь и дбришь: режишь пылатнб и дбришь их пылатнбм» (В.-Л., Осокино 1738-08).5
На богомолении звучали первые причитания невесты:
«Памалюся я Гбспыду Божиньки И папрашу-тка я Госпыда Божиньки щастия-долюшки,
харошива здаровьица»
(В.-Л., Поречье 1703-08).
?ф- «Смотрят место»
Родители невесты ездили смотреть дом и хозяй­ство жениха. Родители жениха, в свою очередь, ста­рались продемонстрировать достаток семьи. «[Мес­то] сматрёли. Чу! Редка какая так пайдёть. Всё мес­та [смотреть] паёдеть, радйтели… Раньши ж за тридцать килбмитрав атдадуть. Запрягуть и паё-дуть, пасмбтрят там всё — и живатбу и пастрбйку, и хлеб. Всё паабсмбтрють, што — мбжна тудй идти жить аи нет? Рассказывали, што если жанйх бёдин, то он берёть у сасёдей што-нибудь [на показ], штб-бы «батат» был» (Кун., Точилово 2563-01).
?ф- «Рукобитие»
«Рукобйтие», зафиксированное в великолукс­кой традиции, происходило за несколько дней до свадьбы либо накануне венчания (в субботу). В до­ме невесты собирались подруги, жених с родней (со сватами), устраивали гулянье с пением и плясками, делали застолье.6
В Куньинском районе такая вечерина имела на­звание «заручины». На заручинах невеста (с помо­щью крестной) одаривала приехавших гостей при­готовленными подарками: полотном, полотенцами, платками. Жениху невеста дарила рубаху или «кап-шук» (кисет).7 По некоторым упоминаниям, мог происходить обмен дарами: невеста одаривала же­ниха рубахой, шарфом, а жених дарил невесте бо­тинки, шелковый платок (Кун., Долговица 3284-31).
Ритуал одаривания полотном был связан с осо­бым способом передачи дара: невеста вешала кусок полотна на шею каждому гостю, при этом пригова­ривали:
«Наша инвеста тонка пряла, Харашо ткала, Па пуньям ни хадйла, Вирябьёу ни давила»
(Кун., Белавино 2430-14).
На заручины приглашали музыканта-скрипача, который исполнял специальный наигрыш — «Зару-
чину», при этом невеста причитала. Звучали сва­дебные песни («Помоги нам, Боженька» и др.)?
•ф- Выкуп приданого
За два дня до свадьбы (или накануне) жених с родственниками приезжал за приданым — «БРАТЬ СУНДУК». Выкуп приданого происходил следую­щим образом: на сундук с приданым клали подушки, сверху садилась мать невесты, требовала выкуп. «Самая нявёстина матка — на сундук, мол "я так, дар­ма, ня атдам!" Тады ён скбльки-нибудь заплатить ей там, каких-нибудь — тройку какую, зять. Как прияз-жаить за этым за сундуком, и пярйну бярёть, и паду-шку ж бярёть тут усё. Забирають там шкаф — што у нявёсты, какое дабрб» (В.-Л., Фелистово 1707а-01).9 После получения выкупа устраивали застолье.
Иногда приехавшие за приданым стремились украсть сундук без выкупа. «Ета у"сё представления — сваты как приёдуть, тады крадуть ёту пастелю её-ныю там, што у ей звязына, сундук вынбсють ти-хбнька. А кали вынесуть, так тады хахбчуть: "Аи! У ей жёрны уложены у этат сундук!" — што тяжкий. "А мбжа камёння ныклйдина?!" — смяютца тада, адйн кала аднавб, што яны вынесли» (В.-Л., Осокино 1738-236).
Затем сваты вместе с крестной матерью невесты везли сундук к жениху. «Развёшуть там на стали скатирти эты, пялены на иконы (раньши ж иконы были — вешали), пастель тбжа, зынавёски там на бк-ны, кравати, усё былб сыматканая, свбйская. Кра­сива дюже» (Кун., Усмынь 3288-04). Родственники жениха, соседи специально приходили посмотреть на невестино приданое. «Садятца за стол и развё-шивають: тут пялены — на Багбв [на иконы] там па-лбжуть скблька, а патбм так кладут, паказывают, вот там какой нявёсты… Полная хата набьётца лю­дей, Jce смбтрють, какйи падарки нявёсты, какой падарык привязла сюда, какие пялены, скатирти. Скатирти — на сталы, там мбжа пять салфётак та­ких, а мбжа три. На Багов — там пялён или наббж-никыв двянйдцить или тринадцить. На акбшки -эта зынавёски тбжа, скбкатам акбн. Ну, патбм яш-шё и такйи там зынавёски, штоб на хату. И вот салфётак мбжа пять, мбжа чатыри бываить на стол. Ну их, канёшна, ня стелют на сталы, патаму шта сталы-та убраныи. Их там кладут у кут, усё эта. Крёсная там паказываить (есь крёсная у этый де­вушки). Крёсная паказываить эты пялены и скатир­ти — всё, што там у яё есь — и кладёт» (Кун., Войло-во 3285-48).
В доме жениха звучала песня «Снимайте пелены пеньковые»: После того как приданое невесты бы­ло развешано, крестная невесты запрыгивала на лавку перед иконой, плясала, и пела:!0
«Харитбн, Харитбн -Родный батюшка,
Харитбниха-Май матушка, Мирите меня, А я не буду дурить. А не будите мирить -Буду больше дурить»
(В.-Л., Осокино 1738-15).
Развешанное приданое украшало дом жениха до дня венчания: «Туда уже жанйх привозит эта дабрб, анб там на втарый день свадьбы, может, и через три дня — када назначена свадьба. А анй уже прияжжают, нявёста — мае уже дабрб всё висит. И палатёнцы, всё, и шторы, всё-всё паразвёшают, што тблька ёстя. <…> Штоб видать нявёсту багатаю» (В.-Л., Прялово 1752-18).
-Ф- Приглашение иа свадьбу
За несколько дней до свадьбы (или накануне) невеста с подругой «ХОДИЛА ПО РОДНЕ». Обя­зательным элементом приглашения являлся земной поклон, который невеста «давала» каждому родст­веннику. «Звала, приглашала, хадйла нявёста, да. Када вот свадьба мая, примерна, будить. Пример­на, май свадьба будить заутра, а сягбдне уже я еду, приглашаю. Даже ишшё уЪярёд я еду, уже пригла­шаю на свадьбу. Раньше эта знаешь как была? Ня­вёста тады захбдить, ужб каждаму у нога кланяетца там — усим, сваей раднё ужб, каго анй приглашает Ана хбдить с падругай с сваей там, шафярйнка ка­кая-нибудь есь у ей. Тады, примерна, придут, и тадй у ноги пакланюсь, скажу: "Прихадйте ка мне вот в такйй день на свадьбу". Патбм ётаму, там, другому, кагб я приглашаю к себе на свадьбу» (Кун., Бурщи-на 3284-01)."
«Сиротская» свадьба не обходилась без ПОСЕ­ЩЕНИЯ КЛАДБИЩА, куда невеста-сирота ходи­ла вместе со старшей шаферйнкой приглашать иа свадьбу умерших родителей. «А если нет радити-лей, умирши, тада на кладбище хбдить, приглаша-еть. Ана не галбсит, а вот: "Пажалуста, ка мне на свадьбу в такой-та день", — и всё» (Кун., Починки 3286-52).
ОБРЯДЫ КАНУНА И УТРА СВАДЕБНОГО ДНЯ
?ф- Прощание с деревней
Обычай прощания с деревней, зафиксирован­ный только в Куньинском районе, имел форму ри­туального ШЕСТВИЯ: подруги водили невесту по деревне С «САДОМ» — елочкой, украшенной цве­тами и ленточками. Звучали песий, невеста голо­сила. «Ну, "сад" нарядили, яблачки были у тёти привезены, канфёты, пряники. Всё эта разукраше­на лёнтачкам всяким. <…> Атарвали такую харб-шую или ёлку, или што, и её разукрашивали вся­ким лёнтачкам, канфётак навешали. <…> Ишлй
скрозь дярёвню, пака ни пришли туда в дом. [Елку несли] шафярйцы. Старшая баярка была. [Невесту] под руки вядёть старшая…» (Кун., Хомушино 2533-40).
•ф- Баня
Повсеместно в традициях банный ритуал пред­ставлял собой развернутый во временном и акцио-нальном планах цикл обрядовых действий.
Перед тем как идти в баню, невеста прощалась с родителями: подруги заводили невесту за стол, она голосила, обнявшись с матерью через стол. «И ана как плакала — и вот гбласам галасйла. И ана с той стараны, а матка с ётай. Вот через стол абнём-ши галасйли» (В.-Л., Березье 1770-01).
Причетом невеста просила у родителей проще­ния:12
«Прастйте мини, май радйтели, Што нн усыпали тёмные нбчушки, Дажидали мине с вясёлый гулянычки. Ни закрывали аны дашшаные двери, мине дажидали»
(Кун., Гритьково 2404-02).
Подруги, топившие баню, приглашали невесту мыться. В д. Кривцово* (Тороп., 2483-06)13 зафик­сирован обрядовый приговор, который произноси­ла боярка, обращаясь к невесте:
«Настасья Пятрбвна,

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Изменение границ Псковской земли
  • Туры во Францию по доступным ценам
  • Коттеджи посуточно Новосибирске по доступным ценам
  • Районирование и климат
  • Интересное