Поиск по сайту

На стыке цивилизаций

Наиболее распространёнными ответами на вопрос «Чем отли­чаются местные уроженцы от жителей соседних районов Псковс­кой области?» являются: «говором, наречием, диалектом». На поря­док реже давались ответы: «поведением, характером», «одеждой, традициями» и т.п. Другими словами, культурная специфика какой-либо территории в настоящее время видится в первую очередь сквозь призму языковых (лингвистических) различий. Поэтому имеет смысл обратить внимание на специфические особенности говоров и групп говоров, представленных в Псковской области.
Так, например, говоры псковской группы отличаются таки­ми особенностями: «аканьем», сильным «яканьем» (няси, ряка вместо неси, река), формой сравнительной степени с суффиксом -оше (крепоше вместо крепче), деепричастиями с суффиксами -тип, -вши (взятии, взявши вместо взяв), употреблением звука [х] вместо звуков [с] и [ш] (опояхивать, спрахывать вместо опоясывать, спра­шивать) и др. [6].
Заметим, что многие респонденты в ходе социологического опроса обращали внимание на ряд специфических черт псковс­ких говоров, особенно на использование суффиксов -лши, -вши. Причём данные речевые особенности отмечались в районах, рас­положенных строго по внешней границе распространения псков­ских говоров, т.е. в основном на северной и северо-восточной окраине Псковской области, а также в южной части области, но к северу от районов, пограничных с Республикой Беларусь. С другой стороны, эти речевые особенности не отмечались в глу­бинной части ареала псковской группы говоров, т.к., вероятно, здесь они не считались какими-то уникальными.
На южной окраине распространения псковских говоров рес­пондентами отмечалась ещё одна специфическая черта псковс­ких говоров — «цоканье», т.е. замена звука [ч] на [ц] (цас, цасто, цай вместо час, часто, чай). Правда, эта речевая особенность в настоящее время уже почти полностью исчезла, но память о ней сохранена в многочисленных пословицах и поговорках, о кото­рых мы говорили в предшествующей главе. Причём самая рас-
пространённая из них имеет чёткую географическую привязку: «От Опоцки три верстоцки, и в боцок один скацок». Не случайно, что именно Опочецкий район служит в качестве чуть ли не един­ственного уголка Псковской области, к которому до сих пор при­вязывается данное языковое явление. Этому во многом способ­ствует положение Опочки на давнем рубеже псковских и литовс­ко-польских (белорусских) земель.
В южной, прибелорусской, части Псковской области респон­денты отмечали такие языковые явления, как заметное «аканье», мягкое произношение звука [г] (характерная черта южного наре­чия русского языка), отсутствие «цоканья», и, наконец, наличие белорусских говоров или же просто сильное влияние белорусского языка.
В северной и северо-восточной частях Псковской области (в пределах ареала западных «окающих» среднерусских говоров) местное население обратило внимание на такие черты говоров, как «оканье» и «аканье» (что, вероятно, является следствием ме­стного языкового явления, называемого гдовским и полновским «вокализмом»), а также на наличие в псковских говорах бело­русских черт и суффикса -вши. На западной границе области рес­понденты отмечали заметное культурное влияние, оказываемое, в первую очередь, со стороны соседней Латвии (как в языке, так и в характере, поведении местного населения).
Однако население юго-восточных районов области, отме­тивших свои очевидные культурные отличия от остальных жите­лей Псковской области, не обозначили каких-то уникальных язы­ковых явлений, кроме использования суффикса -вши. Наверное, свою культурную специфику население данных районов видит в чём-то ином?
Территориальные самоназвания населения
В ходе социологического исследования нами была предпри­нята попытка изучения локальной и субрегиональной идентич­ности населения. С этой целью задавались вопросы, посвящен­ные выявлению внутрирегиональных названий населения: 1) «Имеется ли какое-то название или прозвище у жителей Вашей
местности?»; 2) «Как называют в Вашем поселении жителей со­седних районов Псковской области?».
В результате исследования удалось выявить или же подтвер­дить уже известные названия (прозвища) жителей различных исто­рико-культурных районов и ареалов Псковской области и смеж­ных территорий. Например, жители южного (прибелорусского) края Псковской области и смежных районов Смоленской и Твер­ской областей используют такие названия местного населения, как поляки, кацапы, южане, нескобари и др. Население Палкинс-кого района называет себя французами, жители смежных с Псков­ской областью районов Новгородской области — новгородскими торгашами, медвежатниками, водохлёбами и др.
Как мы отмечали в предшествующей главе, заметно меньше людей, называющих себя скобарями, проживает на севере и на юге области, т.е. к северу и к югу от границ бывшей Псковской губернии. Также понижена частота использования регионально­го самоназвания «скобарь» коренным населением западных при­граничных районов области (50-60% и даже ниже). И, наконец, понижена доля местного населения, называющего себя скобаря­ми, на юго-востоке области, в районах, окружающих город Ве­ликие Луки. В самих Великих Луках скобарями себя называет треть коренных уроженцев города, т.е. в два раза меньше, чем в Пско­ве. В соседних с Великими Луками районах эта доля едва дости­гает 60%.
Видимо, как раз противопоставление себя псковичам-ско­барям, обязанное существованием в XX веке отдельной Велико­лукской области (с 1944 по 1957 годы), стало причиной представ­ления жителей юго-восточной части Псковской области о своей культурной специфичности. Формально данный социально-куль­турный рубеж имеет административную основу, причём админи­стративная граница здесь прошла впервые в 1929 году (когда была образована Западная область), и в дальнейшем просуществова­ла немногим более четверти века. Но не исключено, что данная культурная граница имеет более древние, но пока ещё не изучен­ные корни. К примеру, Великие Луки в средние века были авто­номной частью Новгородской земли, и административно не под­чинялись Пскову вплоть до последней четверти XVIII века.
Устойчивы ли границы культурных районов?
Подведём итоги. Выявленные нами в ходе исследования культурные границы служат серьёзным основанием для делими­тации геокультурного пространства Псковской области (рис. 34). Нами ранее уже были выделены на территории Псковской обла­сти шесть историко-культурных районов (земель) [12], границы которых вполне сопоставимы с контурами пяти социально-куль­турных районов [7]: Гдово-Лужская земля (Северный край), Ше-лонская земля (Северо-Восточный край), Нижневеликорецкая и Верхневеликорецкая земли (Великорецкий или Центральный рай­он), Великолукская земля и Себежско-Невельское поозерье (Вос­точный и Южный края). Результаты проведённого социологи­ческого исследования подтверждают существование заметных культурных различий между населением, проживающим в пре­делах данных культурных районов.
В ещё более ранней работе нами было выделено в качестве самостоятельного историко-культурного района Западное пору-бежье, включающее территории Псковской области, входившие в 20-30-е годы XX века в состав Эстонии и Латвии [6]. Проведён­ное нами исследование подтвердило необходимость выделения подобного геокультурного образования, расположенного на культурной границе метаэтнического уровня, а точнее, в преде­лах широкой контактной зоны между культурными мирами, пред­ставленных-, с одной стороны Россией, а с другой стороны, Эсто­нией и Латвией. Даже с точки зрения этнического происхожде­ния местного населения данные районы отличаются от соседних районов Псковской области: латышские корни имеет каждый десятый житель Пыталовского района (латвийское приграничье), а эстонские или сетуские корни — каждый пятый житель Печорс­кого района (эстонское приграничье).
Аналогичная ситуация наблюдается и в белорусском при­граничье (Южный край или Себежско-Невельское поозерье), ко­торое ещё во второй четверти XX века представляло собой ярко выраженную этноконтактную зону [12]. Согласно результатам наших исследований, белорусские корни здесь имеет 10-15% ко-
ренного населения, обладателями белорусских родственников являются ещё до 10% местных жителей. При этом почти каждый пятый житель районов, прилегающих к Республике Беларусь, может говорить по-белорусски, и более половины местного на­селения понимает белорусский язык [13].
Глава 23. РЕГИОНАЛЬНАЯ ПОЛИТИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА
Что понимается под региональной политической культурой?
В современной науке термин «политическая культура» чаще используется для обозначения исторического опыта, памяти со­циальных общностей и отдельных людей в сфере политики, их устойчивых ориентации (политических симпатий и антипатий) и навыков, влияющих на политическое поведение [3, 23].

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Городские поселения: возникновение, функции, внешний облик
  • Изменение границ Псковской земли
  • Демографические процессы: численность, миграция, половозрастная структура
  • Самые известные исторические места Пскова
  • Интересное