Поиск по сайту

На стыке цивилизаций

Псковская область является единственным регионом Евро­пейской России, пограничным сразу с тремя государствами. При­чём две из соседних стран (Эстония и Латвия) чётко ассоцииру­ются местным населением с западным культурным миром, а одна (Республика Беларусь) в культурном плане видится жителями области очень близкой России. Но что следует из самого факта пограничного положения региона? Могут ли влиять соседние страны на культуру населения приграничных территорий? Если да, то каковы индикаторы этого влияния?
Чтобы ответить на эти и другие вопросы, в июле 2003 года нами был проведён социологический опрос населения Псковс­кой области и прилегающих к ней районов соседних областей России. Социологическое исследование проводилось методом формализованного интервью. Всего было опрошено 3152 респон­дента, в т.ч. 2569 — в Псковской области (в среднем около 100 человек на одну административную единицу). В пределах каждо­го административного района и в обоих городах областного под­чинения выдержана репрезентативность выборки по полу и воз­расту. Ниже представлены основные результаты проведённого нами социологического исследования в сравнении с полученны­ми ранее выводами пилотажных социологических опросов по аналогичной тематике, проводившихся в период с 1999 по 2002 год [5,8, 14,15, 16].
Национальная и региональная идентичность
Одной из задач наших исследований было выявление роли этнических, историко-культурных, политических и современных административных границ в формировании и динамике нацио­нальной и региональной идентичности.
Региональную идентичность традиционно относят к одному из уровней территориальной идентичности. В то же время нацио­нальная идентичность в бытовом представлении обычно ассоции­руется с этнической идентичностью. Однако научная категория «национальная идентичность» лишь на первый взгляд располага­ется в иной плоскости с понятием «региональная идентичность».
С появлением в европейской науке XIX века концепции «на­ция-государство» зародилась ставшая теперь уже классической политико-географическая триада «государство -нация -террито­рия» [1], не только связавшая национальную и политическую иден­тичности, но и поставившая национальную идентичность на «вер­хний этаж» в иерархии территориальных идентичностей (табл. 12).
В условиях ослабления или кризиса национальной идентичнос­ти региональная идентичность может составить ей конкуренцию, и, получив политический оттенок, поставить под угрозу единство стра­ны. Считается, что в стабильном обществе с устойчивой националь­ной идентичностью региональная идентичность не выходит на пер­вый план в иерархии территориальных идентичностей. В обычных условиях региональная идентичность проявляется в формировании определённой системы ценностей и норм поведения жителей регио­на. Её можно обнаружить также в местном фольклоре, преданиях, мифах, местной интерпретации истории страны и т.п. [17].
Однако, как показывают результаты нашего исследования, даже в условиях политической стабильности приоритет локальг ной и региональной идентичности над национальной (государ­ственной) — вполне типичное явление не только для глубинных территорий России, но и даже для её «нового порубежья», и в особенности для сельского населения приграничья.
«Свои» и «чужие» в представлении сельских жителей приграничья
Согласно результатам проведённых нами исследований-, яв-> ный приоритет среди всех уровней территориальной идентично­сти сельское население приграничных районов Псковской обла­сти отдаёт локальной идентичности (табл. 13). Второе место за­нимает региональная идентичность и лишь третье место наци­ональная идентичность, при этом примерно равные позиции за­нимают государственная (гражданство России) и собственно эт­ническая идентичности. Причём региональная и национальная идентичности для опрошенного населения оказались менее зна­чимыми, чем, например, идентичность по возрасту и профессии. Также отметим, что при приближении к границе с Эстонией и Латвией для местного населения несколько возрастает значимость этнической идентичности, которая отодвигает государственную идентичность на более низкую ступеньку.
Важнейшими составляющими национальной идентифика­ции сельские жители приграничных районов считают, во-первых, язык, а во-вторых, родную землю и природу. То есть даже в на­циональной идентификации, понимаемой достаточно широко, значительное место отводится именно территориальной (локаль­ной и региональной) идентичности. Третье и четвёртое место в структуре национальной идентичности заняли культура и исто­рическое прошлое. Далее следуют такие признаки, как обычаи и обряды, черты характера, внешний облик, религия. Общая госу­дарственность заняла последнюю позицию в ряду составляющих национальной идентификации, что в целом подтверждает вывод о заниженной роли гражданства в общей структуре идентичнос­ти сельского населения, проживающего вблизи1 сравнительно молодой государственной границы.
Отметим, что в ходе нашего исследования предпринималась попытка более детального изучения локальной идентичности. Около половины опрошенных нами сельских жителей пригранич­ных районов считает, что местное население имеет какие-либо от­личительные особенности. Уроженцы Псковской области полага­ют, что население местности, где они проживают, отличается в первую очередь спецификой говоров. Данный ответ был наиболее популярен вблизи очевидных культурных границ (например, око­ло государственной и одновременно этнической границы, или меж­ду «окающими» говорами на севере области и «акающими» — на её остальной территории). Второе место занял ответ, что местные жители отличаются поведением (характером). Менее значимыми для уроженцев области оказались такие отличительные признаки, как культура (обычаи, праздники и т.п.) и внешний вид.
Различия в идентичности коренного населения и мигрантов
В отличие от сельских жителей, городское население Псков­ской области заметно выше ставит этническую идентичность. Но этническая идентичность не просто вытесняет региональную идентичность на третью позицию. В большинстве приграничных райцентров, а также в Пскове и Великих Луках, она становится более значимой, чем локальная идентичность. То есть нацио-
нальная принадлежность становится для городских жителей при­граничных земель настолько существенной, что принадлежность к определённой территории (государства, региона или города) уходит на этом фоне на второй план.
Как и у псковичей, почти во всех категориях недавних миг­рантов в Псковскую область в иерархии территориальных иден-тичностей лидирует локальная идентичность. Однако она зачас­тую уступает идентификации по возрасту и профессии, особенно для переселенцев из бывших союзных республик. Локальной иден­тичности лишь немного уступает этническая идентичность. А для выходцев из ряда регионов России, стран Балтии, Закавказья и Казахстана этническая идентичность выходит на первое место. Объяснить это можно лишь тем, что данной категории мигран­тов, вероятно, ранее пришлось столкнуться с проблемами, свя­занными с их национальной принадлежностью.
Региональная идентичность в большинстве групп мигрантов занимает третью позицию, а государственная идентичность — чет­вёртое место. Исключение составляют выходцы из стран Балтии и Закавказья, которые ставят государственную идентичность выше, чем региональную. С другой стороны, для уроженцев Украины и некоторых российских регионов региональная идентичность кон­курирует на равных с этнической идентичностью.
В отличие от уроженцев Псковской области, переселенцы из других регионов России, а также бывших союзных республик, чаще отмечают специфику поведения и особенности культуры псковичей. Однако диалектные особенности псковичей в каче­стве их отличительного признака занимают всё же первое место, причём независимо от категории мигрантов. Культурную специ­фику населения Псковской области чётче осознают переселенцы из европейских стран СНГ и Балтии.
Таким образом, в повседневной жизни население сельской местности Псковской области отдаёт приоритет локальной иден­тичности и, вследствие этого, выстраивает иерархию территори­альной идентичности «снизу вверх»: от локальной и региональ­ной к национальной и наднациональной (цивилизационной) иден­тичности. Только покидая своё поселение, человек осознанно пе-
редаёт приоритет более высоким уровням территориальной иден­тичности (региональной или национальной в зависимости от даль­ности и характера перемещения, типа пересекаемых политико-ад­министративных и этнокультурных границ). Данный вывод под­тверждён результатами опроса переселенцев в Псковскую область из других регионов России и бывших союзных республик.
Фактор устойчивости административных границ

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Городские поселения: возникновение, функции, внешний облик
  • Изменение границ Псковской земли
  • Демографические процессы: численность, миграция, половозрастная структура
  • Политическая культура региона: историко-теоретический и прикладной аспекты
  • Интересное