Поиск по сайту

Мировоззренческая энциклопедия на русском языке

«Экономическом чудом», которое для западных немцев все больше отводило на задний план их восточных соотечественников, Западная Германия обязана, собственно говоря… Советскому Союзу! Вначале в США был «план Моргентау», долженствовавший превратить Германию с ее ограниченными посевными площадями в сельскохозяйственную страну. Тяжелая индустрия должна была быть запрещена. Это обрекло бы западных немцев на голод и вымирание. Но когда началась «холодная война», США поняли, что их лучшим опорным пунктом в Европе является Германия. Так план Моргентау был заменен планом Маршалла, и в Германии начался экономический подъем. Конечно, немцы были обязаны и своему трудолюбию, и своей предприимчивости: они очень много работали.
Между тем 50-е годы оказались годами активной критики советского марксизма. В Риме в Institute Orientale (восточном институте) преподавал австрийский священник, член ордена Иисуса (иезуит) Густав Андрей Веттер, знавший прекрасно русский язык и проштудировавший советские книги по диалектическому и историческому материализму: «серый» курс Александрова «Диалектический материализм» и еще более «одноцветный» курс Константинова «Исторический материализм», многословный и бессодержательный. Но еще при Сталине предпринималась попытка отойти от его же совершенно примитивного изложения диалектики в «Кратком курсе». В 1948 году был основан журнал «Вопросы философии», где иногда появлялись более-менее содержательные статьи. О. Веттер изучал их с немецкой основательностью. Он систематизировал бессистемные высказывания советских марксистов. Студенты записывали его лекции — он читал их, конечно, на итальянском языке, — а затем попросили разрешения издать их. Он проверил записки, и вскоре под названием «Диалектический материализм» книга вышла в свет. Это было систематическое изложение предмета, и только в конце давалась принципиальная критика его содержания. Итальянские коммунисты не знали, где им прочесть об их собственной идеологии и советовали друг другу: «Возьми Веттера». Книга была переведена на немецкий язык и, так как ее заглавие — «Диалектический материализм» — не вызывало подозрения, проникала в Восточную Германию. Веттер написал потом более популярную книгу по диалектическому и историческому материализму с основательной критикой после каждой главы изложения. Она вышла в Германии форматом карманной книги. В нашей критике советского марксизма мы все пользовались, конечно, его книгами. Советские идеологи встали перед необходимостью отвечать. Между тем после смерти Сталина и «Вопросы философии» немного осмелели. Один из авторов этого журнала, Коблановский, определил, что сознание является нематериальным свойством материи. До сих пор одним из самых слабых мест диалектического материализма являлось определение сознания, говорилось, что это свойство или продукт материи, но является ли само сознание материальным или нет, не определялось. И вдруг было заявлено, что оно не материально. Каким образом материя может породить нечто нематериальное, не разъяснялось. Восточногерманский марксист Георг Клаус написал небольшую книжку с возражениями Веттеру под названием «Иезуиты, Бог, материя»; ее сразу же прозвали «Анти-Веттер» по аналогии с «Анти-Дюрингом» Энгельса. В этой книжке Клаус не только довольно примитивно возражал Веттеру, но и спорил с Коблановским. Клаус писал, что, назвав сознание нематериальным свойством материи, Коблановский нарушил материалистический монизм и снова ввел дуализм. Клаус был, конечно, прав. Прежде марксисты яростно отстаивали монизм (Плеханов хвалил Гегеля за монизм, хотя, по его мнению, это был ложный монизм, монизм абсолютного духа, но все же хорошо, что монизм). Теперь вводился дуализм, перевернутый кверх ногами. Не Господь, Который есть Дух, создал материальный мир, а материя создала сознание и тем самым духовный мир. Создание духа материей было, конечно, нелепостью, ио дуализм действительно восстанавливался. Несмотря на возражения Клауса и других не-
мецких марксистов, советские марксисты остались при своем новом дуализме. А в 1956 году вышла первая апробированная книга по советскому марксизму, причем книга не какого-то отдельного автора, а целого коллектива Академии наук, где советские марксисты впервые попытались привести в систему свое собственное учение. Книга называлась «Основы марксистской философии». Эти «Основы» несколько раз модернизировались, отбрасывались до смешного примитивные примеры Энгельса, до известной границы вырабатывались достижения современной науки, даже теория относительности. К последнему принудил советских марксистов тоже автор из Восточной Германии — Роберт 1авеманн, крупный физик, который разгромил советский марксизм с точки зрения… физики. Особенно рьяно он напал на тезис советских марксистов о линеарной бесконечности. Нужно отметить, что еще Гегель говорил о линеарной бесконечности как о «дурной бесконечности». Математика, собственно говоря, всегда знала, что параллельные линии сходятся в бесконечности, а функция тангенса из бесконечности перескакивает в нуль, так как космос закругляется. Но для советских марксистов это было слишком абстрактно. Однако физики начали рассчитывать диаметр космоса. 1авеманн смеялся над каким-то советским марксистом, спросившим его, правда ли, что космос круглый и физики могут рассчитать его диаметр. 1авеманн подтвердил. И тогда его собеседник наивно спросил: «А что же там, за этим шаром?» Он непроизвольно исходил из старого понятия абсолютного пространства, не понимая, что вне материи нет ни времени, ни пространства, чистое Ничто, из которого Бог когда-то сотворил мир. А ведь, как ни странно, их же кумир Ленин, написав в своей книге «Материализм и эмпириокритицизм» много ерунды, бросил одну фразу, о которой его верные последователи предпочитали не вспоминать, а именно: «Время и пространство — формы существования материи». Он ее не раскрыл, она, видимо, выскочила случайно и для него самого оказалась слишком сложной.
Но вот так выход за границы Советского Союза начал подтачивать основы диалектического и исторического материализма, как когда-то — после похода Наполеона и победы над ним — выход в Европу начал подтачивать принципы тогдашней российской государственности.
Роберта 1авеманна лишили университетской кафедры, ему было вообще запрещено читать лекции, его произведения, конечно, не
печатались в Восточной Германии, зато печатались в Западной и уже оттуда проникали в Восточную.
Профессор университета по философии в Майнце и одновременно богослов и католический прелат написал мне, что он хочет пробить в Министерстве просвещения (в Германии нет союзного Министерства просвещения, а каждая земля имеет свое, и они могут несколько варьировать общие правила) создание при его кафедре доцентуры, не зависящей от зашиты второй диссертации, которой у меня еще не было, и пригласить меня на это место с тем, чтобы ознакомить студентов с развитием русского мышления и философии. Мне это было, конечно, интереснее, чем преподавание языка, тем более что Раммельмейер ревниво следил за тем, чтобы я ничего не говорила о литературе, а преподавала только язык. Но отказаться от занимаемого места я имела право только за полгода вперед, так что мне надо было знать заранее, удалось ли получить от министерства такое место в Майнце. Я просила сообщить мне, когда будет точно известно, что это место есть, и получила такое сообщение с дополнением, что я могу отказываться от места лектора в Марбург-ском университете. Я и отказалась. Раммельмейер сначала меня даже уговаривал не отказываться, потом он договорился с другой русской, заканчивавшей университет, занять мое место. И вдруг приходит письмо из Майнца: с предполагаемой доцентурой ничего не вышло. Конечно, для меня это было шоком, я не понимала, как профессор-священник мог так легкомысленно поступить: сообщить мне, что все в порядке и я могу отказываться от места, когда на самом деле ничего не было решено. Я спросила его, что же мне теперь делать, ведь он же ответствен за то, что я отказалась от места, и получила холодный лаконичный ответ, что он ничего сделать не может. Моя судьба его совершенно не интересовала.
Однако я тут же получила новое предложение, правда, уже не университетское. Находящееся во Фрейбурге известное в Германии издательство «Гёрдер» решило провести в жизнь смелый проект: напечатать мировоззренческую энциклопедию на русском языке. В энциклопедию должны были войти только те понятия, которые имеют мировоззренческое значение и превратно толкуются советскими идеологами. Для работы над такой энциклопедией они меня и пригласили. Оклад был не очень большой, но больше, чем зарплата лектора в Марбургском университете. Я согласилась, да и выхода у меня не было.
Первая стадия этой работы должна была заключаться в том, что нам предстояло переработать 5» томов Большой Советской Энциклопедии и выбрать те слова, которые должны были войти в будущую мировоззренческую энциклопедию.

Дистанционное обучение созданию сайтов с нуля.

Страницы: 1 2 3

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • 20-е годы Западный Берлин.
  • Нас собралось трое
  • «Создавала эпоха поэтов»
  • Великий переворот
  • Интересное