Поиск по сайту

Краеведческая деятельность Черницкого

Но записка не возымела действия, а окончательно действитель­ную причину освобождения А.А. Скобелева разъяснило письмо Ленин­градского областного архивного бюро: «В качестве мотивов к осво­бождению Скобелева от обязанностей зам. зав. окрархбюро Президи­ум окрисполкома выдвигает следующие: тов. Скобелев имеет преклон­ный возраст — 64 года, при наличии нервного состояния здоровья он не может в полной мере замещать зав. архбюро, за ним замечаются и слу­чаи невыдержанности по отношению к посетителям и сослуживцам. Кроме того, при выполнении совершенно секретной работы по архбю­ро (мобилизационной и эвакуационной работы) для пользы дела необ­ходимо иметь в качестве заместителя руководителя учреждения члена ВКШбУ [выделено нами. Авт.]
Беспартийное положение А. А. Скобелева и явилось, скорее всего, наи­более весомым аргументом для освобождения его от руководящей должно­сти. Что касается «нервного состояния здоровья» и случаев «невыдержан­ности», то для подтверждения этого были собраны соответствующие объяс­нения сотрудников. «Тов. Скобелев… — писал, например, старший архива­риус А.Р- Эгле, — очень часто среди сотрудников и своих знакомых открыто высказывался в ущерб сохранности и сохранению исторических ценностей, и не только по архивной части, а и вообще. К чему, мол, их беречь и хра­нить, по его мнению, уничтожить все, чтобы и следов не осталось от стари­ны, от исторических ценностей. Много еще приходится спорить и доказы­вать значение и ценность старины, да если еще старый сотрудник не убедил­ся, а он, Скобелев, еще не убедился или забыл эту ценность, то что же нам спрашивать от нашей общественности?! Я считаю, если такое поведение и есть, может быть несознательное, то во всяком случае недопустимое, нетер­пимое поведение, которому надо положить конец.
Тогда, как у нас ведется борьба за плановую работу, и не только на год, а на 5 и более, то Скобелев их просто называет бездельниками. Он не старается понять значение плана и необходимость, а просто со­ставителей плана отсылает. То же в отношении инструкций и циркуля­ров, составителей которых он называет сумасшедшими… Скобелев до некоторой степени обюрократился — волокитит ответы с обращениями граждан, решает — принять или не принять заявление, перекладывает работу на других…» И как вывод: «Вышеприведенного достаточно для того, чтобы без ущерба для нашего дела Скобелева уволить, и чем ско­рее это будет сделано, тем больше пользы для архивного дела и для нашего учреждения».31
Трудно установить истинность этих «тяжких обвинений» в адрес А.А. Скобелева, достоверность его «крамольных» высказываний. Обращает на себя внимание одно: насколько же не вяжется приписывае­мое ему пренебрежение к сохранению архивных документов с мыслями, высказанными в докладе на губернском съезде архивных работников!
А вот свидетельство против А.А. Скобелева архивариуса И.Т. Ржевинского: «Работая в окрархбюро, я убедился, что для пользы дела необходимо удалить с работы в архиве ст. архивариуса Скобелева.
1. Скобелев является ст. архивариусом и по совместительству секре­тарем архива с окладом 85 руб., а работу выполняет только секретаря, обыкновенно оплачиваемую в 50 руб. Работу ст. архивариуса Скобелев выполнять не желает, он слишком стар и неповоротлив для нее.
2. Являясь секретарем, через его руки неизбежно проходит часть секретной работы, а доверять ему в этом отношении нельзя из-за его слиш­ком большой «откровенности» в разговорах со знакомыми, а также из-за его отрицательного отношения к Советской власти и партии. Так, он зачастую может с посетителем говорить на такие темы: «раньше (при царе) все было в порядке, хорошо, всего хватало и т.п., а теперь ничего этого нет, а все потому, что страной руководит какая-то Коммунисти­ческая партия, состоящая из разного барахла» и т.д. А также: «Все ответ­ственные советские и партийные работники устроили своих жен на ра­боту, поэтому, мол, нет работы честным интеллигентам» и т.д.
3.  Отношение Скобелева к сотрудникам и «простым» бюрокра­тическое, сопровождаемое «старческим брюзжанием» вроде упомяну­того…».
И, наконец, Ржевинский вносит практическое предложение: «Я считаю, что .Скобелева, как имеющего право на пенсию в связи с после­дним законом правительства, необходимо «отпустить» на таковую, а секретарскую работу возложить на члена ВКП(б) ст. архивариуса тов.
Эгле. Взамен Скобелева взять в помощь тов. Эгле простого архивариу­са с основным окладом в 55 руб., а оставшиеся 30 руб. использовать На прибавку к зарплате архивариусов».32
Убедительных доказательств «вины» А.А. Скобелева, как видим, практически нет и в этом объяснении; на первый план выступают по­литические мотивы и стремление извлечь финансовую выгоду.
30 июня 1928 г. А. А. Скобелев был освобожден от работы в архи­ве в связи с уходом на пенсию. От иего была взята расписка следую­щего содержания: «Я, Скобелев А.А., бывший архивариус и зам. зав. архбюро, где исполнял секретную часть, даю настоящую подписку Псковскому архбюро в том, что, уходя с секретной работы, обязуюсь все известные мне по указанной работе государственные тайны нигде и ни в какой мере не разглашать. О своих новых местах жительства или временного пребывания обязуюсь своевременно извещать архив в те­чение 2-х лет. Мне известно, что за неисполнение настоящей подписки я подвергаюсь ответственности во внесудебном порядке согласно по­становления Президиума ЦИК СССР от 25/V-27 г. Скобелев».33
После ухода из архива А.А. Скобелев больше нигде не работал. В марте 1929 г. Ленинградский областной отдел профсоюза работников просвещения ходатайствовал о назначении ему персональной пенсии.34 Но менее, чем через год, он скончался.

А.И.Баллод — музейный работник и краевед
Среди авторов многочисленных газетных публикаций конца 1920-х-начала 1930-х гг., посвященных истории революционно­го движения на Псковщине, часто встречается имя А.И.Баллода.1 Од­нако он выступал не только в качестве автора, но и одного из органи­заторов работы по изучению истории партии и революционного дви­жения, а также имел в довоенные годы самый длительный в Пскове стаж руководящей музейной работы — 8 лет.
Альберт Иванович Баллод родился в январе 1895 г. в г. Венден Лифляндской губернии, происходил из крестьян-бедняков, поэтому не получил и настоящего образования. Он окончил лишь начальную школу и в анкетной графе «профессия» постоянно указывал: делопроизвод­ство, письмоводство. Долгие годы он действительно занимался делоп­роизводственной деятельностью.
Дофевраля 1917г. А.И. Баллодработал помощником писаря Смил-тенского волостного правления Валкского уезда; с февраля 1917 г. по январь 1918 г. — секретарем Смилтенского волисполкома; с началом германской оккупации местности и до декабря 1918 г. был безработ­ным; с приходом же Красной Армии снова поступил на работу в Смил-тенский волисполком, где трудился до мая 1919 г., а затем вместе с ча-
стями Красной Армии отступил в Великие Луки Псковской губернии. В июне 1919г. А.И. Баллод, вступив добровольцем в Красную Армию, работал корректором типографии штаба 15-й армии. Политотделом этой армии в октябре 1919 г. он был принят в ряды РКП(б). В апреле 1920 г. А.И. Баллод был переведен завхозом Особого отдела армии, с которым в 1921 г. направился в Ташкент, где серьезно заболел и в том же году был откомандирован в распоряжение Великолукского укома РКП(б). В 1921-23 гг. он служил в госпитале Латдивизии: сначала в Великих Луках, а затем, с перебазированием госпиталя, — в имении Покровское близ Осташкова. В 1923 г. госпиталь был ликвидирован, хозяйство его передано Коммунистическому университету нацио­нальных меньшинств Запада (КУНМЗ), и в том же году А.И. Баллод уехал в Псков, в распоряжение губкома РКП(б).2
5 июня 1923 г. он был назначен информатором организационно-инструкторского отдела Псковского губкома РКП(б), а уже 4 октября того же года — следователем губернской контрольной комиссии (ГубКК); еще через месяц — техническим секретарем (делопроизводителем) ГубКК. И та, и другая должности составляли технический аппарат комиссии; люди, занимавшие их, официально членами ГубКК не являлись.3 В за­дачу А.И. Баллода входило теперь ведение протоколов заседания ГубКК и другой документации, подпись его стоит почти под всеми протоколами конца 1923 г. и всего 1924 г.4 Он же в июне 1924 г. уча­ствовал в разработке проекта Положения об уполномоченных ГубКК в уездах и соответствующей Инструкции. После слияния ГубКК и РКИ и образования партколлегии А.И. Баллод одновременно становится ее сотрудником.5

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • На пристани «Псков» предлагают установить мемориальную доску
  • Кузнецы сделали ключ от Псковского кремля
  • Краеведческой музей г. Пскова
  • Авиорадиохим в Пскове.
  • Интересное