Поиск по сайту

Календарные и трудовые обычаи

Рано утром, до восхода солнца, сбивали масло. Девушки расчесывали волосы под грядкой,13 нужно было свежесбитым маслом немножко смазать воло­сы. Бегали также чесать волосы под березу (тоже до солнца), чтобы волосы были длинные и густые. Как и в Вербное воскресенье, умывались с яичком, то­пили утром баню. Зафиксированы сведения о том, что в старину мылись по очереди в печке (это было, примерно, во второй половине XIX в.).
Повсеместно считается, что в четверг и пятницу на последней неделе Великого поста колдуны могут навести порчу, поэтому в эти дни нужно быть осо­бенно осмотрительными и ни в коем случае не да­вать ничего никому из дома, а также нельзя ничего просить, чтобы не навлечь на себя подозрения в причастности к колдовству.
«Старуха пришла, яйцо выпрасила, мать дала. И лошадь падохла. В Страшную пятницу. Мне, га-варйт, сыр памазать…» (Печ., Городище 3330-01).
ПАСХА
В первый же день с вечера (в воскресенье) жен­щины ходили по деревне, взявшись под руки, шли на гору, выходили в поля. Гулянья продолжались всю пасхальную неделю. В Обозерье (Печорском и Псковском районах) пели песни, которые называли «пасхальными», «христовскими» (это лирические и хороводные песни) — «Как летели гуси», «Как на мо­рюшке», «На бережке камешек», «Повыйдемте, бе­лые лебёдушки», «Я скажу сама себе», «Как гремел гром перед тучею» и другие песни. Наиболее рас-
пространенные сюжеты — «У ворот сосна», «Отдала меня матушка» (с сюжетом «Дочка-пташка»).
«Это на Пастки пают. Вот Пастка прийдё, так в Пастку маладухам припявают: "Долга вырасла, за-шаталася, дочка к матери сабиралася" <…> Ма-ладухе пают, вот [которая] вышевши на мясади за­муж. Пост прашёл, пришла Пастка, и ей дамой ни­как» (Пек., Мтеж 1191-03). Молодухам, «как замуж первый год выйдет», поют «Повыдала меня матуш­ка за мхи, за болота» (Печ., Каменка РФ 1385).
Ставили КАЧЕЛИ («зыбочки»), молодежь при­ходила из других деревень, у качелей тоже пели пес­ни, водили хороводы, «ходили в тынок». Качели устраивали на берегу озера, на горках. «Зыбка па-вёшана, с яшшиком. Паднимали и зыбали» (Палк., Яхново 2218-23). «На зыбке [качались]. Качели такй устроены. Качались, пели, <…> па дярёвни гуляли девушки, хадйли под ручки взявши и пели» (Печ., Замошье 1178-12). В деревне Медли «в тынок» хо­дили под песню «Как по морю»: «Стоят пары. По­следняя пара обходит и становится впереди всех» (РФ 1412); несколько пар идут друг за другом, «как гуси», проходят, расходятся по краям улицы (Печ., Медли 3336-04).
Зафиксированы сведения о гуляньях, которые устраивали в гумне (Печ., Гверстонь 1165-15).
«Ставили карусель на Пасху, вешали зыбки. Вчетвером качались. Когда качались, гармонисты играли, играли в балалайку» (Остр., Заходы 2248-01).
«В Пасху раньше выхадйла маладёжь гулять. Вот и пели тагда — па дярёвни… Сабирались в канцё дярёвни — вот все пають тагда. На качелях качали-си. Вот эта увсягда был устроен качёль, и дёвачки забирались на качёль, и вот эти песенки и рыспява-ли, на зыбачки» (Печ., Киршино 1163-13).
Мужчины всю пасхальную неделю катали ЯЙ­ЦА. «Вот была патёха им! Хто вь’шграя, хто пра-играя!» (Печ., Киршино 1163-13).
«Мужукй в яйцы каталися. Лунка была, вот та­кой кружок сделают, така дашчёчка палбжена и -лунка. Тут яички катають. И на ёту старану, и на ёту — на обе стораны. И вот у нас называлися "лун­ки". И выбивают яички. Сколька выбьешь, столька вазьмёшь, твай будут. Разам два, три, а другой раз — и ни аннаво, пракатаеть. А там сабирались жен-шины, пели пасхальный песни» (Печ., Горбатицы 1181-28). В д. Зимний Борок (Печ., 3329-18) песню «Как гремел гром перед тучею» пели, стоя на лун­ках (где яйца катают).
ЕГОРЬЕВ ДЕНЬ
В этот день, по обычаю, повсеместно первый раз после зимнего содержания выгоняли скот в по­ле. Хозяева сначала ОБХОДИЛИ СКОТ у себя во дворе, затем выгоняли в поле. Выгон сопровождал-
ся целым рядом действий: большое значение имело обрядовое закармливание скота, окуривание его, опрыскивание святой водой, а также использование различных магических предметов — одни из них символизировали идею плодородия, другие выпол­няли роль оберегов. Особо следует отметить ис­пользование зерна, хлеба, крашеных листвой от бе­резового веника желтых «ягорьевских» яиц, сохра­ненных с вербного воскресенья веточек вербы.
Рассказы о Егорьевом дне подробны и красоч­ны, поскольку обряд сохранялся достаточно долго. И в наше время некоторые его детали (обход ско­тины у себя во дворе) еще не ушли из бытовой практики.
«Хазяин вазьмё, в лукно всыпле жйта. Ну, пало-жит туда пару яёц и иконку. А тут ладану паложут там в карёц в какой-то и угальков кинуть. Вот хазя­ин абходя. Жйтцем кидая этай скатйны, курятам там кйне жйтца. И вот каню — пайдё, в жолоб ма­ленько кйня. Тагда яйца в падваротню закапывали
—  там на сколька-та дней. Вазьмуть, где скатйна уходя — вот так, пад навозик, пыд саломку паложа. Вот скатйну выгоняишь, так вот па этым яйцам. Ва­рёный паложуть, ни сырыи… Ишшё ня завтрыка-ишь, ишшё ня евши, и вот пайдёшь — абайдёшь ска­тйну с сявнёй с этай, а я пайду с карёцком, с дымком
— эту всю скатйну. Тада эты угалькй — в навозную куцу затопчешь…» (Пыт., Бубнёво 1413-29).
«Са свечкой — зажжена. В решатё там жйтца всыпано немножко. [Сначала во дворе обходят, по­том в поле гонят]. А патом в поле гоним с яйцом. Вербочку паторним там где-нибудь — в муравей [му­равейник]. В рожь торнешь. Мы с матерью двое аб-хадйли» (Пек., Постоево 2986-60).
О коллективных обходах сохранилось много свидетельств: «Вси-вси-вси стада на адйн луг го-нють» (Палк., Луг 1537-19).
«Сабираютца всяк свайм хазяйством. Вутрам сабираютца, вёрьбы бярут, вёрьба кйщеная [укра­шенная]. Мужукй бярут ряшёты, кладут туды яйцы, жйта туды, ячмень насыпають, втиранники — пала-тёнца такйи вышиваныи — вёшають на икону туда. И тадй старики идуть праставалосыи, нарядивши -впярёд, с этым иконам идуть. А сзаду гоним ска­тйну. Вси снарядивши всим сямьям, всю скатйну го­ним. <…> Мужукй лашадёй вздуть. Вот кагда свя-дуть лашадёй на поле. У другова-та лошадь харо-шая! Кругом абайдуть раза три всю скатйну, с ри-шатам, мужуки-та. Тады встанут, тады стряляють квёрьху. У каво лашадя-та харошии, как заскака-ють! Лошадь ня удяржать, што стряляють. Вот аны пастряляють, тадй стряльцам яйцы дають, мужу-кам яйцы дають. Тадй скатйна пайдё, а мы дамой тады идём. Харашо бывало в Ягорий. <…> Гонють с вёрьбай. Вёрьбу ламають за нядёлю [до] Паски, Вёрьбное васкрясёнье шчитаетца. Эта вёрьба стайт
да Ягория. А тады с этай вёрьбай праганяют ска­тйну, а эту вёрьбу тады на поле ставють» (Остр., Коношино 1580-21).
«С этой вярбйнкой выганишь скатйну в поле. Штобы скатйна была гладенькая — яичко. Праго-нишь в поле, принясёшь дамой [яйцо] да разделишь па шматочку всем. Сорок мйлостин в яичке бывает. В яйцы сорок мйлостин — кусочков. Надо разделить на сорок кусочков и на стол — на творог паложишь, съешь» (Пек., Постоево 2986-60).
«Насыпая зярна в лукошко, пёрво снясёшь сва­ей скатйны, лашадкам, тагда приходя в дом, саби-рались бабы. Всягда пяклй хлебы, ляпёшка хлеба такая кругленькая сделан, ставют свечку, зажига­ют. И в этом лукошке зярна насыпан, и это зярно пакрывают палатёнцем красивым. Кладут туды яички (яички жёлтый варёный, крашеный жёлтым -листвой, с веника листва). Сабираютца са всей дя-рёвни. Аттуль уже гонют скот. Всё стадо — на адйн луг. Лашадёй вздут. Лошадя пугаютца маладыи. И авёчки, и каровы — все в адно место. Мужики, у ка­во есть ружьё — идё с ружьём. Тагда вакруг этова стада абходють, как в цёрькви, с иконкой. Весь на­род. Весь народ шевелйтца в этот день. У ребятйш-ков красивый вербы накйщен. Скот абашёдши, ану [вербу] на кладбище несут. Стряльба идё, кагда пай-д$т кругом крестным ходом, кругом скота. Лашадя ирвутца, убягають маладыи. [Стреляют, потому что] это такой праздник. Славют такой день, квёрь­ху стряляють. Кагда абайдуть кругом, тагда всяк сваей скатйны даёт [из] этова лукошка зярна, хлеб­ца. А патом па дамам расходятца. Скатйну — пасту­хи пасти астаютца. Лашадёй дамой разбирають. Кто в поле пасётца, таму яичек дают. Трава всегда есть [в этот день]. Другой раз и раньше выганяют в первый раз» (Палк., Луг 1395-18, 19).
«Каров в поле выганяють — Ягорий. Спячён пи-ражок, пара яёц там. Выганют каров в поле, их абходют с ружьём. Стряляя квёрьху, штоб волки не хадйли к скатйны. Два мужшйны абходют. Иконка паставлена в ришато, хлебец, пара яёц или сколько паложено. И вот кругом каров и ходют, три раза абайтй каров. Патом выстрелють» (Остр., Романо-во 2301-05).
У пастуха, кроме уже описанных атрибутов, был обычно топор. В решето могли еще положить клок шерсти. Пастуха одаривали — давали ему пи­роги, лепешки, яички, клецку, оставшуюся с «Соро­ков», ему же отдавали и веточки вербы. Но могли и сами снести вербу «куда-нибудь на зель,14 в рожь, кто на агарод. А то — на сикляшник» 15 (Палк., Го­рушка 2942-25).

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Изменение границ Псковской земли
  • Воды
  • Куда инвестировать свободные средства?
  • Этические и эстетические оценки в речи псковичей
  • Интересное