Поиск по сайту

Их имена не должны забыться

Во время русско-шведской войны 1656—1658 годов он был друйским воеводой (городок Друя и сейчас су­ществует в северной Белоруссии), показал себя талант­ливым полководцем и дипломатом. Участвовал в по­ходе на Динабург (позже Двинск, а сейчас Даугав-пилс), в штурме Витебска, самолично руководил штур­мом Дриссы. Одновременно заключил договор с кур-ляндским герцогом Иаковом, признавшим покрови­тельство России. В 1658 году пожалован в думные дворяне и назначен шацким наместником.
Ордин-Нащокин на личном опыте убедился, что в армии нужно проводить коренные реформы, чтобы по­высить ее боеспособность. Он предложил ввести рекрут­ские наборы, увеличить стрелецкое войско, резко со­кратить малоспособную дворянскую конницу за счет создания новых конных и пеших полков. Тогда эти ме­роприятия были прогрессивными.
В 1658 году при активной роли Ордина-Нащокина было заключено перемирие со Швецией. За Россией со­хранялись многие земли в Ливонии. В 1665—1667 го­дах он служил воеводой в Пскове. Стремился развивать промыслы, наладить производство селитры и солеваре-
ние. Об этом сохранилась переписка окольничего Ор-дина-Нащокина с царем. Он провел также ряд реформ городского управления, ввел элементы выборности.
«Крепкое устроение градцкое во Пскове,— писал А. Л. Ордин-Нащокин, — необходимо для того, чтобы и внутренние обиды минули».
Всем еще было памятно восстание городской бедно­ты под руководством Гаврилы Демидова в 1650 году. Как только Афанасий Лаврентьевич принял воеводские дела, то сразу же приблизил к себе наиболее энергич­ных людей, написал так называемые три «памяти», да­тированные 24 марта, 3 и 7 апреля 1665 года, и пере­дал их для обсуждения в земскую избу. «Памяти» эти и составили «17 статей» псковской реформы, принятой горожанами в августе.
В то же время воевода участвовал в переговорах с Речью Посполитой. Переговоры проходили успешно. Афанасий Лаврентьевич был искусным дипломатом, умел пойти на некоторые уступки, чтобы добиться ус­пеха в главном. Заключение Андрусовского мира в 1667 году явилось несомненным достижением русской ди­пломатии.
После этого Ордина-Нащокина пожаловали званием ближнего боярина и дворецкого. Он получил в управле­ние Посольский приказ с титулом «царственные боль­шие печати и государственных великих посольских дел сберегатель», то есть стал канцлером Московского го­сударства. Позже ему были вверены также Смоленский разряд, Малороссийский приказ, чети Новгородская, Галицкая и Владимирская и некоторые другие отдель­ные управления.
В период руководства Посольским приказом Ордин-Нащокин значительно активизировал внешнюю поли­тику России. Он выступал сторонником союза с Речью Посполитой для борьбы со Швецией за выход к Бал­тийскому  морю  и для  отражения турецкой агрессии.
Многими талантами обладал Афанасий Лаврентье­вич Ордин-Нащокин. Он глубоко интересовался эконо­микой страны, способствовал развитию промышлен­ности. Немало сделал по развитию внешней торговли. Создавал торговые компании, устраивал торговые дво­ры. Организовал металлообрабатывающую, кожевен­ную, бумажную и стеклодувную мануфактуры. При нем в России усилилась торговля шелком. Взгляды Ор-дина-Нащокина на торговлю нашли свое отражение в Новоторговом уставе, который он разработал в 1667 го­ду. Устав всячески поощрял развитие торговли.
Заботами канцлера были созданы судоверфи на За­падной Двине и на Оке, в селе Дединове. Он всегда был уверен в необходимости страны иметь выход к морю, которое бороздили бы суда русского флота.
Главный дипломат Московского государства инте­ресовался и садоводством. И не просто интересовался, а немало сделал, чтобы улучшать и распространять его по стране.
С именем А. Л. Ордина-Нащокина связано и учреж­дение в 1666 году международной почты. Установилась почтовая связь с Польшей и Курляндией. Из Москвы в Вильнюс и Ригу и обратно стала регулярно доставлять­ся корреспонденция. Причем торговый маршрут на Ри­гу проходил через Псков. В 1669 году вместо ямской гоньбы наладилась более надежная почтовая связь Москвы с Киевом, а затем с Архангельском и Сиби­рью.
При Ордине-Нащокине улучшилась информация о европейских делах. Все более или менее заметные со­бытия становились известными Посольскому приказу в Москве из «вестовых писем» и иностранных газет. По почтовой связи русское правительство получало из-за границы более сорока газет на немецком, голландском, французском, польском, шведском и итальянском язы­ках. На основе сведений, полученных из газет и «весто-
вых писем», составлялись «куранты» —первые русские рукописные газеты. «Куранты» писались на несколь-> ких склеенных листах бумаги, иногда длиною в не­сколько метров.
Современники отмечали, что Ордин-Нащокин был тверд в своих убеждениях, постоянно деятелен и совер­шенно неподкупен, вел постоянную борьбу с канцеляр­ской рутиной и противниками-боярами, которым не по нутру были нововведения. Один его современник, по­ляк, отмечал, что заключение Андрусовского мира «воздвигает Нащокину благороднейший памятник в сердцах потомков».
Если внимательно вдуматься в суть реформ, кото­рые проводил глава Посольского приказа в различных областях русской жизни, и оценить его постоянное стремление вывести страну из отсталости, твердо укре­питься на берегах Балтийского моря, то станет ясно, что его деятельность во многом предвосхитила рефор­мы Петра I.
Последние восемь лет жизни Афанасий Лаврентье­вич провел под Псковом, в Крыпецком монастыре. В 1672 году он постригся в монахи и получил монаше­ское имя Антоний. Только однажды, за год до смерти, к нему в монастырь прибыли гонцы от царя с просьбой принять участие в переговорах с поляками. Пришлось отцу Антонию сменить монашеское одеяние на золо­тотканый камзол дипломата и снова стать Афанасием Лаврентьевичем Ординым-Нащокиным. Выполнив цар­ское поручение, он вернулся обратно в монастырь, где и умер в 1680 году.
Полуразрушенные строения монастыря и теперь еще можно увидеть в лесу, неподалеку от поселка Тороши-но, что в Псковском районе. Ветры столетий развеяли в прах монашеские усыпальницы. А вот полезные дела во славу России одного из иноков — Ордина-Нащоки-на — навсегда вписаны в книгу отечественной истории.
„Отец русской истории"
Ж
‘ ивые, внимательные гла->за. Гордый и в то же время доверчивый взгляд. Белый парик с буклями… Таким предстает перед нами на портрете Василий Ни­китич Татищев — один из крупнейших ученых и госу­дарственных деятелей первой половины XVIII века, со­ратник Петра I. Его называют «отцом русской истории и географии», первым светским философом. Глубокий след оставил Татищев в лингвистике, археологии, пале­онтологии, положил начало развитию в России этно­графии и источниковедения.
Василий Никитич Татищев родился 29 апреля 1686 года в псковской вотчине своего отца — стольника Ни­киты Алексеевича Татищева — сельце Боредки Остров­ского уезда. В списке населенных мест Псковской гу­бернии, изданном в 1885 году, сельцо Боредки не зна­чится. Но в 12 верстах от города Острова было сельцо Татищево (Покровское), состоявшее в то время из одно­го двора и восьми жителей. Здесь же находилось во­лостное правление. Исходя из названия, можно предпо­ложить, что сельцо принадлежало роду Татищевых. Деревня Татищево и сейчас существует в Островском районе.
Детство Василия прошло сначала в деревне, потом в городе Бежецкий Верх (ныне Бежецк), куда отца на­значили воеводой. Был у Татищевых дом и в Москве — на Рождественке у Трубы. С 1698 по 1704 год семья жила в Пскове, где Никита Алексеевич, как псковский дворянин, выстроил небольшой дом. В 1699 году три­надцатилетний дворянский отрок был очевидцем суда в Пскове, о чем впоследствии написал в своих воспо­минаниях.
Потерпев поражение под Нарвой поздней осенью 1700 года, Петр I появился в Пскове и стал энергично
укреплять город на случай, если шведы будут продол­жать наступление. Рушили дома, церкви, воздвигали земляные укрепления по реке Пскове, у южных стен, на берегу Великой. Все это происходило на глазах Ва­силия Татищева и не могло не сказаться на его судьбе.
В 1704 году он поступил на службу в драгунский полк. Был смелым воином. Участвовал во вторичной осаде Нарвы и взятии ее русской армией, а позже, в 1709 году, сражался со шведами под Полтавой, был ра­нен. Об этом он писал: «Счастлив для меня был тот день, когда на поле Полтавском я ранен был подле государя, который сам все распоряжал под ядрами и пулями, и когда, по обыкновению своему, он поцело­вал меня в лоб, поздравляя раненым за отечество…» В 1711 году Василий Никитич участвовал в Прутском походе.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Нет подходящих публикаций
  • Интересное