Поиск по сайту

Центрально псковские традиции

Единична информация о том, что на дугу лоша­ди жениха привязывали елочку: «А ёлка — к дуге, к дуге привязана ёлка. <…> Ну, так, как и на Новый год, вот так, всякий бумажки и ленты привязывали, штоб красива была… Ёлку украшают у жениха, жа-нйх-та паёдя за нявёстой на лошади с ёлкой» (П.-Г., Пачёсанье 2255-04).
Невесту с женихом вместе с санями качали на руках — «ШУВЫКАЛИ»: «[Невеста] сидит в сан­ках, и с санками паднимают, квёрьху паднимають. А па-нашиму это, па-стараму — шувыкають, как ря-бёнка. Вот. Шувйкае нявёсту, жениха и там ишшё и брат (как раньше, типёрь свидётиль — управляет лошадью…). И вот их пышувыкають. И за ёта он, значит, давайте — или пол-литра, или гастйнца —
расплачивайтесь! <…> И нявёста там гастйнца дасть. <…> Ну, штоб была виеялёе жить жениху с нявёстой. Уже как припаднимають, штоб анй жили пабратно, весела и харашо — припаднимались бы квёрьху, а не вниз. Вот для чаво» (П.-Г., Стречно 2252-01).
Как только сани трогались, невеста назад кида­ла пояс. Говорили, что «скучать не будешь, дорога будет хорошая» (Краен., Габоны 1615-01).
?ф- Венчание
«Венец ставють, над галавой дёржут батько и матка (как это и сичас, то эта свидётильница, а раньше называли "батько", "матка"). И вот и вян-чают» (П.-Г., Стречно 2252-01).
Существовала примета: тот, кто первый встанет в церкви на постеленную ленту (пояс), будет глав­ным в семье: «А к вянцу привязут, када им к батюш­ке уже падхадйть к алтарю-та, так эта — пастёлют ленту. Кто пёрва на ленту на эту станя, кто пёрва захватит? Например, жанйх пёрва захватит, будит нявёста жениха уважать. А если нявёста захватит, будит жанйх нявёсту уважать» (Новорж., Рудняха -Никитино* 5033-36). «Пояс длинный, плятёный с шерстяных ниток, красивый постлан был». Тот, «кто скорей захватит [встанет раньше], значит, таво будет всю жизнь верх» (Опоч., Броды 1633-04).
Свадьба у старообрядцев проходила без венча­ния." «Вот как-ог в тот край, где все мирские люди, такие анё вот. А у нас тут больше старавёры. У нас старавёры, у нас и пад вянёц аны ня ездили вянчать-ца. А проста ажёнятца, толька так-от ёздять поез-дым, катаютца ны лышадях, гастйнцем брасають» (Опоч.,Тряпы 1622-01).
о- Дорога от венца
Молодым от венца загораживали дорогу: «Уже знают, што вот свадьба далжна ехать. <…> Эй, бя­жать скарёй — и рябяты, и взрослый, вси! Нада за-кладать, канёшно, нада закладать. И вот заклада-ють жардйной или верёвкой, перенимают, и вот жа­нйх расплачиваетца» (П.-Г., Стречно 2252-01). «Помню, мы едим, а нам прялку паставили, в об­щем пёрваму каню, загарадйли как бы. Прялку па­ставили и сказали, штоб астанавйтца и всё. Ну вот, тут брасали канфёт и у каво што была взята (тагда-та в вайну не была канфётав, пяклй сами. У мяня, примерна, была напечена такие гарошинки с белый муки)» (П.-Г., Поляне 2263-02).
От венца ехали другой дорогой: «Едуть уже вта-рой дарогой — штоб той дарогой ня ехать, где ехали туда, штоб абъёхать где-нибуть падальши. И вот тагда приязжають сюды — здесь апять встречают: <…> "Платите нам — мы нявёсту вам атдалй, штоб нам была дан". И вот так расплачиваютца» (П.-Г., Стречно 2252-01).
Проезжая по деревням, молодые кидали гос­тинцы: «После вянца тагда на лашадях паёдим ка­татьца па дирявням. <…> И жанйх, и нявёста, и на­брано гастйнца! А нас всё зыкладають! Этым, жар-дйной зыкладають. А мы гастйнец пы стыранам рэ-ем! А там бёгыють, хватають рябяты» (Опоч., Тря-пы 1622-01).
По приезде от венца молодуха должна была по­ложить перчатки (или перчатки и пояс) на коня для «брата» — в подарок тому, кто правил лошадью (Краен., Трибесово 1549-17). «Я далжна, нявёста, када меня туда привезли, далжна падарык — перчат­ки и поис. "Братка" назывался. <…> Кагда я сашла с санык, так не в руки падаешь, а на лошидь кла­дёшь, на спину. А он тада берёт падарык» (Опоч., Черницкое 2298-38).
ВСТРЕЧА ОТ ВЕНЦА, СТОЛ
Встречая молодых, родители выносили хлеб, соль, икону. «Паставлена тарелка, на тарелку па-ставлена иконка. И хлеб, и соль паложена. И встря-чают: с хлебам и с солью — перенимають маладйх. И тагда батька с маткой забирають и вядуть в избу жениха и нявёсту» (П.-Г., Песечек 2261-07).
Свекровь выходила встречать молодых в выво­роченной шубе — «шубу шерстью наверх. [Свекровь] из-за угла вышла, из крыльца. <…> Эта кагда приё-хыли уже туда, к жениху, все гости — к свекровьюш-ки невесты» (Опоч., Черницкое 2298-40). В д. Алек­сандровская Слобода, когда встречали молодых от венца, им под ноги бросали шубу, и они шли по шу­бе (П.-Г., Александровская Слобода 1620-07).
Молодых могли заводить в дом через двор: «Через двор вядуть <…> маладых, первый раз. А эта через скотний двор. <…> Через двор и на дво-ришный крылец. Не в этат, не в чистый крылец, а во дворишный» (Опоч., Броды 1633-04).
В доме ставили две иконы — невестину и жени­хову, зажигали свечи, сажали молодых. В этот мо­мент молодая была покрыта большим платом, «чтобы её не видать было». «Вот тагда нявёсту этот батько [крестный], каторый их вянчал, заводе их за стол. За руку вазьмё и заводя за стол» (П.-Г., Стреч-но 2252-01). РАСКРЫВАЛИ МОЛОДУЮ «лучини-ной», поздравляли, пили водку (и молодым подно­сили), заставляли молодых целоваться. Только по­сле этого накрывали столы, сажали гостей (Краен., Винокурово 1615-20). Когда «раскрывали» моло­дую, плат поднимали на палке и три раза крутили им над молодыми, потом кидали плат к порогу, кричали «Ура!». Невеста гостинцы бросала на на­род (П.-Г., Александровская Слобода 1620-07). «А тут кричат: "Хараша, хараша маладуха, хараша!". Вот ана сидит. Из-за стала выйдет и тагда пайдёт нявёста передяватса, в ётим платьям [подвенечном]
ана ня будет. <…> Эта платье бирегут анё, и вот эту фату. <…> Эта фата так и пайдёт ана — как па сяст-рам, как абручальная» (П.-Г., Бабины 2282-01).
Невеста СНИМАЛА ВЕНОК и передавала его подруге.
Молодой надевали «повой», делали женскую прическу на две косы: «Адявають павой. <…> И па­том носит этат павой да самой смерти» (П.-Г., Анд-рохново 2281-04); «павойку» надевали — «што уже яна тапёрь замуж вышла, и ана ня можа уже с пра-стой галовкой хадйть…» (Опоч., Мочалково — Пят-ницино* 2284-36). «А патом, када замуж вышла, уже тада зыплятала вот тут две касы и тут зывязы-выла узлом. И такой павой адевался — эта ты уже маладуха. Эта уже старинный, эта яшшо я не была и рожена. <…> Ну, вот как чепчик такой. <…> И уже волысы все в этим павой. [Повои бывали] и красный бувае, и тёмный бувае, и цвятнь’ш, всякие разные. А вышита таким ясным цвятам» (Опоч., Горки 1617-01).
Молодожены за столом не ели, а когда стол от­сидят, их кормили в отдельной комнатке (П.-Г., Александровская Слобода 1620-07).
Существовал обычай «КРАСТЬ» МОЛОДУЮ: «Нявёсту крадём во время свадьбы. А патом жанйх бегай ишшй. "Нясй бутылку — атдадйм нявёсту, а ня принясёшь — ня [отдадим]"» (П.-Г., Андрохново 2281-04). «А куда-нибудь он немножка атвернётца, а тут — цап! — тваю нявёсту, и уташшут. Тада уж, ми­лый, плати водку или денежки, а так нявёсту не ат­дадйм» (Опоч., Черницкое 2298-38).
На застолье невеста должна была ОДАРИТЬ «роду» жениха: «Невеста дарит, вот, свекрови, свёк­ру, заловкам, и братьям — всем дарят. И сечас дарят. <…> Дарили полотенца, рубашки мушшйнам пёст­рые. <…> Плялй пояса, кисеты вышивали» (П.-Г., Кириллово 5009-34).
В доме жениха опевали всю застолицу. Если «поезжан» (сторону жениха) опевали в доме невес­ты («наши бабы опевают»), то в доме жениха опева-ют «кашников». Если кашники не понравятся, пели: «Сляпые кашники, гнилые гашники, в агардд заеха­ли, качарыг напарили, брюха направили» (Краен., Габоны 1615-04). Опевали гостей бабы, а молодо­жены платили деньги. Пели «Дрочинка, будешь жёрны тягать тяжёлые, дубовые». «Бабы пляшуть, скакають, а (й)им деньги плотють» (Краен., Вино­курово 1615-20).
После застолья молодые могли КАТАТЬСЯ на лошадях: «Кагда вот уже стол пасидёли, тада паёха-ли кататьца. Паёхали на озера, лошадь харошая была, и пакатались, под музыку приехали. И, зна­чит, кататьца ездили, нявёсту вазйли на лошади» (Опоч., Черницкое 2298-38).
Гостей во время застолья «ШУВЫКАЛИ» (ка­чали): «Бувала, раньше шувыкали, каждаво пад-
нимают, пашувыкают, и он должен зыплатйть -там, водку или деньги. <…> Ну вот пасадят на сту­ла и кверху паднимают, или проста на руках кверху паднимают, каждава, он должен расплачиватца» (П.-Г., Бакино 2262-05) «Как застолица отходит, <…> скамейку поставят — шивыкають». Поднимали гостей на скамейке, чтобы те откупались (П.-Г., Се-лихново 4994-29).
«Глазухой» называли посторонних, они за стол не садились, а стояли вокруг. «Ходили на глазуху»
—  «глазеть» на свадьбу (Новорж., Ругодево — За­горье* 4997-39). Посторонних угощали пивом — му­жикам выносили ведро пива в заулок, и на закуску

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Мезоклиматический эффект Псковско-Чудского озера.
  • Изменение границ Псковской земли
  • Холмский район.
  • Районирование и климат
  • Интересное