Поиск по сайту

Центрально псковские традиции

Сваты могли сначала приехать посмотреть де­вушку — на вечёрку. Если девушка понравилась, то потом ехали сватать. Бывало, что кто-нибудь из знакомых похвалит девушку, и тогда сразу ехали сватать (П.-Г., Александровская Слобода 1620-07).
Приезжали вечером, «штоб ня знали люди, что аны приехали свататца, <…> штоб народ в избу ня шёл бы» (Краен., Трибесово 1549-22; Опоч., Тряпы 1622-01).
На сватовство приезжал жених с кем-нибудь из близких родственников: «С женихом кто-нибудь -или атёц, или кто. Калй атца нету роднава, так ка-во-нибудь папросют — адйн жанйх не ехал» (П.-Г., Стречно 2252-09). Иногда сват и сваха приезжали без жениха (П.-Г., Ганьково 5028-17), и невеста в первый раз могла увидеть будущего мужа только в церкви.9
Для того, чтобы сватовство было удачным, сва­ты, зайдя в дом, «КЛЮКИ МЕШАЛИ»»5 (шли в угол, где стоят ухваты, кочерга, и грохотали ими): «Вчитвяром аны приехали, зашли в избу и начали клюкй кидать па избы» (Новорж., Свиномурово 4995-06). Когда сваты выходили из своего дома, им наказывали: «Помахай клюки, скорее высвата­ешь!». Сваты могли приходить с «повойником» в кармане,11 сват опоясывался «путами»12 — веревкой, которой «путали» коней (свата примечали по этой веревке).
Диалог с родителями невесты вели не прямо, а иносказательно: «Нет ли у вас овечки продажной?».
Им отвечали: «А вот — три лежит, любую выби­рай».13 Если невесту не хотели отдавать, говорили: «"Ни атдадйм мы", или "молада", или "не ндравит-ца жанйх", или, там, може "радйтели жениховы не ндравятца". <…> Если присватают, сагласятца, вот тагда уже дагавариваютца, кагда свадьба буде, скольки чилавёк будут на свадьбу приглашать, <…> скольки, што и как будут делать. Адна жени­хова старана будет делать свадьбу или абёи» (П.-Г., Стречно 2252-09).
Если невеста не хотела идти замуж, то она не выходила к сватам, а если была согласна — сразу выходила.14
Во время сватовства жениха и невесту могли от­править кататься по деревне на лошадях.15
Как только сваты договаривались между собой, родители невесты ставили самовар,16 приглашение к столу означало согласие: «"Вот за стол, пожалуйста, садйтися!" — стало быть, нявёста высватана» (П.-Г., Воронково 2283-12). Застолье в доме невесты могли устраивать сразу после сватовства или на другой день и называли его «ЗАПИВИНЫ» («запивки», «запивають нявёсту») или «ПОКЛАДИНЫ». Если запивины были на другой день, то приглашали крестных, близкую невестину родню, жених также приезжал с родней.
Во время «покладин» невеста ДАРИЛА жениху платок или рукавицы — это означало, что дело сде­лано (П.-Г., Александровская Слобода 1620-07, Краен., Кривошляпы 1583-02); «невеста отдаривая — даё по дяннйцам или по плату, а жениху шаль за-вязывыя» (Краен., Трибесово 1549-22). Для сватов специально готовили подарки: «Вот еяводня прие­хали в сваты, у тебя уже нагатовлена — наскй, перш-чатки там, или рукавицы, пыясы. Вот хто приехали в сваты — садятца за стол, если сагласны идти. И вот тада нявёста павязывае… Хто приехавши — две или три бабы там, аль мужшйна? Платок, мужшйне -[на] шёю платок (шёлкавыи больши раньши были)» (Краен., Барашково 1544-19). «Свату — рукавицы, пояс, платок. Эта уже нызываетца — дары» (Опоч., Черницкое 2298-38). Могли также обмениваться по­дарками.
В заключение сватовства в знак совершившего­ся договора делали БОГОМОЛЕНЬЕ: «Бувала, памолютца Богу, как высватають, и паёдуть дамой, и всё» (Опоч., Огурцово 1623-15).
После отъезда сватов мать невесты начинала плакать (Новорж., Дорожкино 5049-10).
В ближайшие дни после сватовства родители невесты (или кто-то из близких родственников) ез­дили смотреть хозяйство жениха — «ДОМ СМОТ­РЕТЬ», «СМОТРЕТЬ БОГАТЕСТВО»: «И на слё-душший [день] могут паёхать пыглядёть — скатйны в ево скольки там? Хлеба — в анбар пыглядять. Да­же в падвал влёзуть — картошку пасмотрють, што
скольки там в яво веяво ёсь, всё асмотрють. Если вйдять, што самастаятельна живуть, харашо, зна­чить тада савёт дають» (Опоч., Тряпы 1622-01).
Бывало, что родные жениха хитрили: если бед­ный жених, мало хлеба в засеках, делали так — опро­кидывали бочку и сверху дно прикрывали зерном (а бочки-то пустые!) (П.-Г., Александровская Слобо­да 1620-07). «Насыпаны квашни хлебам, рожью. Стайть квашня, [как будто] полная» (Новорж., Сви-номурово 4995-06).
Окончательное согласие на свадьбу родители невесты давали только после того, как посмотрят дом жениха. Если что-то не нравилось, то могли от­казать сватам.17 После отказа жених мог отдать за­лог, но мог и оставить его себе (Новорж., Рудняха -Никитино* 5033-32).
ПРИГОТОВЛЕНИЯ К СВАДЬБЕ1»
Срок свадьбы назначали с таким расчетом, что­бы невеста успела подготовить ПРИДАНОЕ и по­дарки. Но в большинстве семей приданое готовили задолго до свадьбы, уже с двенадцати лет девочкам начинали собирать сундуки (Опоч., Матюшкино 1630-34).
В момент подготовки к свадьбе невесте помога­ли подруги и родственники — шили, вязали, стегали одеяла. В приданое невесте собирали постельные принадлежности («постель») — перину, подушки, одеяла; в сундук складывали «новины» (новое до­мотканое полотно — холст), наволочки, простыни и ткань на матрацы, подзоры, «завесы», тканые ска­терти, занавески, вышитые полотенца, носовые платки, кисеты. В богатых семьях в приданое дава­ли шкафы, комоды. Родители также давали в при­даное деньги, скотину.
Полотенца были «палатняныи тагда, пёстрый, льнянь’ш» (П.-Г., Стречно 2252-09), полотенца вы­шивали по канве, кружева вязали крючком.
«Гашатца19 к свадьбе»: подарки надо и свату, и сватье, как замуж идёшь — «полный узел навязан дяннйц20 да насков — вси раздавали. И роду всяму чиста нала бь’ша атдарйть!». Что невеста «гашйть-гашйть, вяжа-вяжа — всё чиста раздаст» (Краен., Трибесово 1549-22). В д. Колтырево на подготовку к свадьбе «срок откладывали» на месяц — «пакуда всё подгашйшь». Жених часто приезжал к невесте, боясь, что она раздумает и выйдет за другого (Краен., Колтырево 1615-19).
В один из дней до свадьбы жених приезжал за невестой и привозил ее в свой дом — «ЗАВЕСУ МЕ­РЯТЬ». Невеста снимала мерки, потом шила зана­весы из марли или вязала (П.-Г., Александровская Слобода 1620-07).
По существующему обычаю, жених должен был КАТАТЬ НЕВЕСТУ на лошадях: «Вместе едуть
[жених и невеста], и там яшшо хто-нибудь с (й)йми — то друг, то таваришши, стало быть яшшо на ло­шади. Лошадь разукрашена — с званкам, с бубенкам (это ишшо вот как бабушки наши ишлй). <…> Свадьба-то ня сразу дёлаласе, ну, пакуль пригато-вютца. А кагда жениху время есь, он приязжая к ня-вёсте, нявёсту беря, и паёдуть па дирявням, паката-ютца» (П.-Г., Пачёсанье 2255-04).
КАНУН СВАДЕБНОГО ДНЯ
Канун венчального дня насыщен обрядовыми действиями. Среди них выделяются:
—   посещение сиротой кладбища;
—  хождения с «красой» (или без «красы») по улице либо катание на лошадях;
—   обход домов с просьбой благословить, при­глашение родни и крестных на свадьбу (это же дей­ствие могло происходить и в канун, и утром следу­ющего дня, перед наделом — в данном описании см. раздел «Утро свадебного дня»);
—   обрядовая баня.
Все эти действия сопровождались обрядовыми шествиями невесты и боярок. Огромную смысло­вую нагрузку выполняли художественные формы, сопровождавшие эти обрядовые действия — хоро­вые и сольные причитания.21
В качестве символа «девичьей красы» на данной территории практически повсеместно использова­лись украшенные решёта (одно или несколько), ко­торые во время шествия несли над головой невесты или других участников обряда, в некоторых вари­антах (северо-западные волости) в качестве «кра­сы» использовалась наряженная ёлочка.
Каждый из перечисленных эпизодов мог суще­ствовать независимо от других, но в большинстве случаев они объединялись в развернутые обрядо­вые действия. Так, с «красой» водили невесту на кладбище; с «красой» ходили по родне; могли сна­чала идти по деревне на кладбище, а на обратном пути — по родне (с «красой» или без нее). Кроме то­го, часть этих действий или все они (кроме банного обряда) могли быть перенесены с кануна свадьбы на утро следующего дня.22
о- Невесту-сироту водят на кладбище Накануне свадьбы, вечером, невеста-сирота с подружками ходила или ездила на кладбище. «Там причитывали всяво… Как аны извали яну на свадь­бу — матку. <…> Аны крычали, што: "Пыдайдй (апять тожи крычали, што), ныдялй…"» (Опоч., Жгуново 2273-06).
На кладбище невеста голосила, просила у роди­телей прощения и благословения:
«Падаймйся, буйный ветер, Разрый мать сырую зямлю,
Аткрэйся, грабнйца бёлыя, Встань, май матушка ронныя, Ныдялй ты миня, горькыю сироту…»
(Новорж., Дорожкино 5049-08, 18).
«Радйтилька мая матушка, Прилятй ка мне, сйзуй загонюшки. Ой! Ой! Аставила ты миня, сиратйнушку. Ой, ой! Благаславй ты миня, мая радйтилька, Прилятай ка мне, миня правёдавай! Ой! Ой! Ой!»

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Мезоклиматический эффект Псковско-Чудского озера.
  • Изменение границ Псковской земли
  • Холмский район.
  • Районирование и климат
  • Интересное