Поиск по сайту

Центрально псковские традиции

песни (Новорж., Соболицы 5018-09; П.-Г., Осница 5041-12, 14, 17).
«Трапак&» («Трепаки»), «Барыня»: играли и плясали в праздники на гуляньях, на вечерах (по­всеместно); «Трепака» — ряженые в Святки «под язык» пели и плясали (П.-Г., Осница — Жуково* 5040-17).
Музыка, песни, пляски сопровождали как ярма­рочные гулянья, так и праздничные застолья: «Ва всих сястрах были сыны гармоньшики, а дочки пес-нахоры и плясуны. И вот, как саберутца, бывало, в гости, чилавек да тридцати, и какое вясёльё было, так я ня знаю! И играють, и пляшуть, и пають, и хто што… Вот какйи празники были» (П.-Г., Пачёсанье 2255-05). Старушки в «религиозные праздники» плясали. Приходили в гости, посидят за столом, вы­пьют, закусят и плясать идут под гармонь [«ползун­ка»] (П.-Г., Барашкино 5044-24).
Кроме указанных моментов включения инстру­ментальной музыки в празднично-обрядовую жизнь псковской деревни, необходимо отметить, что пение и пляска под наигрыши составляли обя­зательную и необходимую часть рекрутского и сва­дебного обрядов:
—  «В армию — эта празник был, с гармошкай, дёвачки приглашали. <…> С гармошкай праважа-ли. — Кто плакал, кто смеялся…»; пели частушки под «Новоржевку», «Сумецкого» (П-Г., Барашкино 5044-14).
—  На свадьбе гармонь «веселит», «падымая воз­духу, духу падцаё» — «тут любой запел бы!» (Но­ворж., Васьково 5202-15); «Барыню» (раньше назы­вали — «Русская плясовая») играли на свадьбе: «Два дня там отыграл им <…> пёсьни, частушки, и пля-савые. Там, в оснавном, пляска» (П.-Г., Пушкин­ские Горы 5009-04, 5014-05); «Трепака» на свадьбе плясали (Новорж., Варитино — Никулино* 5019-08).
ПЛЯСКА и плясовой наигрыш представляют собой единое целое. Плясуна (как и певца) и музы­канта объединяет один общий ритм, одно музы­кальное движение, один настрой. Об этом замеча­тельно говорил гусляр и скрипач Николай Тимофе­евич Тимофеев: «Ну вот, дапустим, пляшут… Там бывает, плясунья прамазала, неправильна топныла, значить нужна тут задержатьца, штобы реакции не палучйлысь. А то ана малёнька ашибйлась, а я не падправлю яё, значит мы — всё, абои смазались. А так, бывает, плясун вышел, он што-та такое замял­ся, значит игрёц должен падлажывать пад плясуна. А плясун пад игреца. Вот тагда выходит всё хара-шо. А если, дапустим, вы заиграли харашо, очинь харашо, а я запел, и так насакарабил, што вы магли даже сбйтьца са сваей игры! Так бывает. Я вот каг-да, бывала, и песни пел, я любил так падладить, штоб так слйлася — вместе с музыкай. Эта зависит и ат музуканта, и певца, и плясуна — Зта всё обще взя-
тае…» (Красногородское 1589-04). «Ана [музыка] как ударяет, как Што-та такое — падталкиваеть. Са­единяет, можна сказать — саединяет. Рифму делает, музыка делает рифму такую. Саединяет вот сам звук сагласна пляске или пения — всяво… Как будта абязательна нужна падхватйть» (Красногородское 1589-06).
Можно выделить следующие разновидности плясок, бытующих на территории центральной Псковщины:
1. Старинная женская и девичья пляска:
Зафиксирована особая форма старинной жен­ской (девичьей) пляски — «Кружка» или «Бочком». По свидетельству жителей деревень, на их памяти так плясали, в основном, старушки — «идё — пляше бачком вкруговую и платком махая…». Могли пля­сать по одному, вдвоем (по очереди — друг против друга или одновременно), коллективно — по кругу.
Во многих деревнях эта старинная пляска назы­валась — «Трапака» («Трепака», «Топотуха», «Пол­зунка», «Решатйха»), в чем отражается и характер плясового шага — женщины мелко переступают и топают («трбпают»), почти не отрывая ног от зем­ли. При этом не дробят (хотя в деревнях встречает­ся созвучное наименование пляски — «Дробака», где как раз предполагается активная дробь ногами).
«Вот так — рядышкам — ноги топають. Эта назы­вался "Палзунок" такой. <…> На васьмой номер выводють, вот так выплясывая, васьмой номер вы­водя [графика движения — по цифре восемь]. Наша Акуша гаразд харашо плясала, сястра дваюрадная, ой, харашо плясала! Бывало, паставь ваду на гала-ву — ана ни разальё, как пляше! — плавко, плавко! (А тут стали ужо вприпрыжку плясать, с припевкам). А с припевкам всё равно и ана плясала. <…> Так вывяртываетцы и пляше. <…> Анна стайть, а вта-рая пляше. Эта папляше — встане, втарая начинает [плясать]. <…> Ноги рядышкам, так и выплясыва-им» (П.-Г., Песечек 2261-09).
Старушки «топают идут, как ползают». У них юбки широкие, сапожки, «как у цыган», со шнурка­ми, полунизкий каблук, по кругу ходили и «прито­пывали»: «Ток-ток-ток, ток-ток-ток, ток-ток-ток», руками разводили кто как мог, поднимали их вверх. У каждого своя манера была (П.-Г., Бараш­кино 5044-23, 24). Старые женщины плясали — руки в боки, ходили мелкими шагами по кругу («вкру­говую»), поворачивались из стороны в сторону, ру­ку с платком могли подымать над головой (Но­ворж., Ладино — Косарово* 5007-41).
Пляшет — «не колыхнется», «плавко». Юбки длинные, до полу. «Чи-кы-чи-кы-чи-кы…» (Опоч., Горки 1617-02).
В старину так судили о хорошей пляске — «по­ставь горшок с молоком на голову и не разольёт», а «новая» пляска — «позорно, что ногам кидает по
сторонам и коленки видать». Раньше плясали ров­ненько — «йншая плавко идё, так не тряхонется» (Опоч., Матюшкино 1631-02).
Нередко во время пляски женщина переходила от равномерного парного притопа к шагу — «в три ноги» (с остановкой на третьем ударе):
«В три ножки — мы, бывала, плясали пад Петь­ку. Тот в гусли наяривая, а мы — маленькие ишшо -пляшем, в три ножки, падлаживали» (Краен., Габо-ны 1615-16). «Ришатйха» — старинная пляска, пля­шут кучей. Старухи ногами передвигали — по три шага — «толкуть» (Беж., Авинищи 5212-47).
Рисунок движения весьма разнообразен: это и пляска по кругу (по восьмерке, по спирали), и ли­нейное движение — по половицам. Особенно слож­ные, переплетенные фигуры возникают при одно­временной пляске двух или нескольких участниц. Приведем лишь некоторые из многочисленного ря­да рассказов:
а) «Трепака»: «Мамка мая плясала так: вот так как-та и всё бачком-бачком. <…> И с платком, бы­вала. <…> А руки ана — и падбачйвши <…> и так, бывала, перявёртывалась <…> влёва и вправа, и впярёд, и назад — ну, всяким. Ну, в общим, круг да­вала, круг нада» (Краен., Станкеево 1585-64).
б) «Трепака» («Крутенького») пляшут вдвоем мелким приставным шагом — по вытянутому кругу, спиной к центру круга, обходя друг друга, периоди­чески машут платками над головой (П.-Г., Селих-ново 4994-12-15).
в) «Мать у мяня плясала <…> бачком таким, но­ги не паднимають, а так вот — падбачёнясь, и идёт па кругу, плавна… И выходють там челавек пять и идуть <…>- кругам идуть, проста встанут вот так и идуть, все вот так и ходют вакруг и приплясывают, падпявают» (П.-Г., Колесниково 2265-05).
2.  Старинная мужская пляска:
Мужчины вприсядку («вприпадку») пляшут: круг обойдет, руками «пощёлкает», с частушками. (П.-Г., Селихново 4994-16). Плясали под «Русско­го». «[Парни] плясали, с выходкой плясали» (Краен., Синьково 1628-23). Могли плясать под «Камаринского» с припевками.
3.  Пляска «на парочку» (только девушки или девушка и парень) с дробью:
«Са среди маладёжи выводят девушку, патом выводят парня. Вот анй и пляшут. А то и девушка с дёвушкай…» (Красногородское 1556-13); «Играет "Русскава", а яна вот идёт так… Вот выберут две: вот, примерна, мяня и вот ашшё падругу- -Я вот спляшу, патом стану, а ана патом папляше, патом я, патом ана. Тагда ёта пара уходит. И выходит иш-
шё… А и по чатыри плясали. Тагда папляшуть, и вот так крястом как-та аны пиряхбдють» (П.-Г., Стреч-но 2252-07). «Вот там стайт девушка, а тут — парень. Парень папляшет, парень станет. А народ — вокруг, так и сидит. В доме, на вулице. Будет парень пля­сать, эта девушка стайть. Парень выпляшется, вста­нет, девушка [пляшет]» (Краен., Шутово 1758-13а).
«Пад "Сербирьянку" ана абайдё так кружок, прадробя. Патом песню спае. Двое пляшут, адна пе­ред адной уже пают. Адна стайт, втарая пляшет…» (Краен., Серебренниково 1553-16). Плясали «На ёлочку» (под «Сербирьянку»): одна девушка вызы­вала другую, движения руками и ногами делали синхронно, пели частушки (П.-Г., Селихново 4997-06, 31).
Две девушки (или девушка с парнем) плясали по очереди «Цыганочку»: одна пляшет по кругу с частушками, потом другую приглашает — кланяет­ся ей или ногой топает (П.-Г., Осница — Жуково* 5040-13).
Начиная с 1920-1930-х гг., молодежь плясала обязательно с дробью: «Дробили — и там и по-раз­ному, кто как может!».
4.  Коллективная пляска, графически не орга­низованная — «кучей»:

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Мезоклиматический эффект Псковско-Чудского озера.
  • Изменение границ Псковской земли
  • Холмский район.
  • Районирование и климат
  • Интересное