Поиск по сайту

Центрально псковские традиции

—  сенокос: исполнение долгих песен и частушек «под язык».
8)  «Иван Цветной»:
—   гадание на иванской траве, на венках;
—   сбор лекарственных трав;
—   поверья о колдунах (колдуны отбирают мо­локо, делают заломы во ржи);
—   использование различных оберегов от кол­довства (иванской травы, осины, «дедовника», кам­ней с трех полей и др.).
9) Жатвенная обрядность:
—   начало жатвы: зажинала женщина с «легкой рукой»; исполнение приговоров на начало жатвы, на серп; действия с первой пясткой (опоясывались, несли к иконам);
—   окончание жатвы:  приговоры на будущий урожай, на серп; гадания на последнем снопе; тра­пеза в поле;
—   пение «долгих» песен во время и после жатвы. Среди признаков, определяющих специфику
местных традиций, в календарной обрядности осо­бо значим такой элемент, как обрядовые костры.
Масленичные костры зафиксированы преиму­щественно в северной части Новоржевского района — на правобережье р. Сороти (Стехновская, Заречен-ская, Вёскинская, Выборская волости). Менее плот­но фиксируются костры на Масленицу в северо-вос­точной и восточной частях Новоржевского и приле­гающих с востока волостях Бежаницкого районов; на левобережье р. Сороти и ее притоках Льете и Олице (Алтунская, Оршанская, Заборьевская волос­ти Новоржевского района, Ашевская волость Бежа­ницкого района). Довольно далеко отстоят друг от друга отдельные точки фиксации масленичных кост­ров в Опочецком и Пушкино-Горском районах (Глу-боковская, Духновская, Матюшкинская волости Опочецкого района; Пушкино-Горская волость).
Костры на Пасху широко бытуют в междуречье рек Великой и Сороти в Пушкино-Горском и Ново­ржевском районах, с наибольшей концентрацией в Пушкино-Горской волости, а также в Первомайской и Полянской волостях этого района; в Новоржев­ском районе — в Дубровской, Жадрицкой, Алтунской волостях. Отдельные сведения имеются по правобе­режью р. Сороти (Зарецкая волость Пушкино-Гор­ского района; Вишлёвская, Стехновская, Выборская волости Новоржевского района) и по западной гра­нице Пушкино-Горского и Красногородского райо­нов, на левобережье рек Великой и Иссы (Новгород-кинская, Вельская волости Пушкино-Горского райо­на; Ильинская волость Красногородского района).
Единичные сведения о кострах в ночь накануне Иванова дня и Спаса Маккавея зафиксированы в Новоржевском районе (костры на Иванов день: Вё-
скинская, Дубровская, Жадрицкая, Алтунская во­лости; на Маккавея: Вёскинская, Дубровская, Жад­рицкая волости). Нередко в этих волостях костры жгли не только в эти дни, но и в другие календар­ные праздники. Так, в д. Канашовка Алтунской во­лости и д. Ладино Жадрицкой волости жгли костры на Масленицу, Пасху и Иванов день (Новорж., Ка­нашовка 5185-05, 5194-02, 04; Ладино 5006-38, 42, 5007-23), в д. Кораблёво Дубровской волости — на Пасху, Иванов день и Маккавея (Новорж., Кораб­лёво 5002-20, 5003-17-19, 29).
При определении границ распространения мест­ных традиций большое значение имеет обрядовая терминология. Народные названия ряженья: «обде­лывались» (встречается повсеместно), ходили «шу­тами», «шуточкам», «чучелом» — на левобережье р. Сороти (Стехновская волость Новоржевского района и Пушкино-Горская волость); «облажива­лись» — в Васильевской волости Пушкино-Горского района; «маскировались» — в Выборской волости Новоржевского района, ходили «абрямйзивши» — в Вишлёвской волости, рядились «чудом» — в Заречен-ской волости. Бесчинства молодежи могли иметь следующие наименования: «врядйли» (Васильевская волость Пушкино-Горского района); «уродали» (Стехновская, Жадрицкая волости Новоржевского района), «чудили» (Вёскинская, Зареченская волости Новоржевского района); «буянили» (Зареченская во­лость Новоржевского района); «бедакурили» (По­лянская волость Пушкино-Горского района, Стех­новская волость Новоржевского района), «камеди-ли» (Стехновская волость Новоржевского района).
На толоках возили навоз наперегонки, последне­го дразнили: «гонец» (Вёскинская, Зареченская во­лости Новоржевского района); «кила» (Жадрицкая волость Новоржевского района); «поскрёбыш», «па-скрёбок» (Пушкино-Горская, Васильевская, Новго-родкинская волости Пушкино-Горского района).
Следует отметить также наименования обрядо­вого хлеба и выпечки:
—   на «Сороки» пекли «комы» — термин распро­странен почти повсеместно (Красногородская во­лость; Норкинская волость Опочецкого района, Пушкино-Горская и Первомайская волости Пушки­но-Горского района, Вёскинская, Алтунская волос­ти Новоржевского района); «клёчки» («клёцки») -преимущественно в Новоржевском районе (Стехнов­ская, Дубровская, Жадрицкая, Зареченская, Оршан­ская волости и Новгородкинская волость Пушкино-Горского района); пекли «жаворонков» (Стехнов­ская, Оршанская волости Новоржевского района);
—   на Благовещение, Егорьев день пекли «благо­вещенскую балабку», «егорьевскую балабку» (Дуб-ровская, Жадрицкая, Стехновская волости Ново­ржевского района; Норкинская, Духновская, Глу-боковская волости Опочецкого района); егорьев-
скую «балабушечку» (Полянская волость Пушки­но-Горского района); егорьевскую «кокбрку», «ко­кору» (Оршанская, Дубровская волости Новоржев­ского района); «благовещенскую лепёшку» (Заре-ченская волость Новоржевского района).
Особый интерес вызывают некоторые единич­ные записи, свидетельствующие об архаичности со­хранившихся на данной территории культурных традиций:
—  жгли костры накануне Рождества (П.-Г., Стречно 2253-02);
—  для Мороза выставляли толокно в канун Рождества, чтобы летом не замерз овес (Новорж., Адорье 5004-46, 47);
—  обычай «воровать невест» на Крещение или Новый год (несколько записей в Пушкино-Горском районе);
—  парни из чужих деревень, уходя с вечёрки, «хватали» (ловили) девушек — тогда девушка долж­на была проводить и поцеловать парня, который ее поймал (Новорж., Губкино 5029-09);
—  девушки трясли по снегу гороховую солому для того, чтобы ходили парни из чужих деревень (Опоч., Лотовицы 1646-20; П.-Г., Воронково 2283-15); с той же целью объезжали деревню на ухвате или помеле (П.-Г., Гарино 5040-05; Новорж., Баби-хиноВФ 155-24);
—  в Масленицу парни волочили борону вокруг деревни, чтобы девушки не вышли замуж в чужие деревни (Опоч., Звоны 2272-04);
—  представления о начале весны в Благовеще­ние: «колокол ударит, земля вздрогнет, корень в земле тронется» (Новорж., Дорожкино 5049-02);
—  в Вербное воскресенье носили на могилы кра­шеное (накануне) яйцо (Новорж., Мосеево 5203-10);
—  на Пасху посещали кладбище, втыкали в мо­гилы освященную вербу (П.-Г., Гарино 5040-05); в Пасху вся семья разговлялась одним яйцом, скорлу­пу от этого яйца клали на слегу, чтобы рос длинный лен (П.-Г., Осница 5040-19);
—  на Радоницу при посещении кладбища зака­пывали яйцо в могилу (посередине) (Новорж., Крутцы 4998-29);
—  в Егорьев день после выгона скота ходили на кладбище, поминали родителей, втыкали освящен­ную вербу в могилу (П.-Г., Бирюли 5023-14); вербу несли в поле и втыкали на своей полосе, прыгали через нее, чтобы скотина сильная была (Новорж., Рудняха — Никитине* 5034-13); вербу с приговором пускали по реке, где сильное течение, чтобы так же сильно текло молоко (Новорж., Шикени 5186-17); вербу втыкали в муравейник — чтобы «коровы хо­дили дружно» (Опоч., Запеклево 1633-30);
—  представление о том, что если обливать друг друга на толоке, то у коров будет больше молока (Краен., Мыза 1644-07а; П.-Г., Воронич — Тарасо-
во* 4993-09), на толоках обливались, чтобы нива не засохла (Опоч., Терехи 2271-05);
—  ко дню Флора и Лавра резали овцу (если не зарежешь, то волк унесет овцу из стада — Опоч., За­пеклево 1633-30, 1634-01);
—  поверье о том, что после заката нельзя закан­чивать жатву: «пожатки» устраивали только до за­хода солнца, чтобы «радйтелям гулять бы была ве­села» (Опоч., Воронково 2284-01); стремились «по­жаться» до заката солнца, иначе кто-нибудь умрет в семье (Новорж., Дорожкино 5050-18).
Система фольклорных жанров, включенных в календарный цикл, представлена не только собст­венно обрядовыми формами, но и приуроченными хороводными и игровыми песнями, вечёрочными припевками, лирическими песнями, а также жанра­ми непесенного фольклора.
Специфика.данного этнокультурного региона и состоит в том, что КАЛЕНДАРНО-ОБРЯДОВЫЙ ФОЛЬКЛОР центрально-псковской зоны представ­лен небольшим набором собственно обрядовых пе­сен, относящихся преимущественно к зимне-весенне­му периоду календаря (колядки и «виноградья», мас­леничные припевки и волочебные песни), а также не­песенными образцами (обрядовыми выкриками и приговорами), исполняющимися в разные календар­ные периоды — Святки, Масленица, жатва и другие.
Распространение тех или иных жанров локали­зуется на определенных территориях.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Мезоклиматический эффект Псковско-Чудского озера.
  • Изменение границ Псковской земли
  • Холмский район.
  • Районирование и климат
  • Интересное