Поиск по сайту

Белогвардейцы

Тогда этот вопрос не возникал. Присяга, честь, здравый смысл указывали путь — за Россию, с нами Бог.
Я не наследовала от отца его пламенного духа, беспре­дельной честности, смелости, напористости. Но любовь к Рос­сии, великой, державной, Боголюбивой, крестьянской (ныне ра­неной и страдающей) — эту любовь с детских лет через войну, через Европу я донесла до Бразилии.
И теперь, когда я растеряла по дороге, по кладбищам всех друзей, единомышленников, на старости лет Господь Бог наш дал мне радость встретить в новом поколении новых искрен­них друзей, стремящихся соединить концы разорванной нити, связать воедино события, имевшие место в начале XX века, с началом XXI века.
Вы пытаетесь вырвать из забытья имена всех тех, кто имел лишь одно желание — «Была бы спасена Россия!» ( Слова Павлика Шувалова из очерка А.И. Куприна).
С того момента, как вы меня «нашли», я осознала, что лучше
поздно, чем никогда, и стала усердно рыться в памяти, в старых письмах, фотографиях. Знаю, что это капля в море, но и она необ­ходима для полноты Правды, для исторической безупречности, развенчания всяких небылиц, которые оболгали Белое Дело.
Желаю всем участникам конференции, среди которых у меня дорогие, ценные друзья, благотворной работы и богатых, честных, чистых плодов.
Бог вам в помощь и заступничество Владычицы Царицы Небесной!
Галина Климентовна (урожд. Дыдорова) Феофилова.
Сан-Пауло, Бразилия, 19 Июля 2004 г.’
Примечания
1. Обращение Г.К. Феофиловой, дочери полк-ка К.И. Дыдорова, коман­дира 5-й (Ливенской) дивизии СЗА, было приурочено к первоначальной дате проведения 2-й псковской конференции, которая была перенесена на март 2005 г.
Ю.П.Мальцев
К ИСТОРИИ БЕЛОГО РЕЙДА НА ТАЛАБСКИЕ ОСТРОВА
В публикациях по истории белого Отдельного Псковского добровольческого корпуса неоднократно многими авторами опи­сан небольшой, но дерзкий рейд группы чинов корпуса, успеш­но проведенный поздней осенью 1918 г. для вытеснения боль­шевиков с Талабских островов. Этот рейд стал известен по­томкам, видимо, из трех источников: в изложении двух связан­ных с событиями офицеров — штабс-ротмистра Б.С. Пермики-на /1/ и капитана барона Г. А. Кистера /2/, а также по воспоми­наниям островитян-талабчан, собранным в 1930-х гг. в эмигра­ции Л.Ф. Зуровым /3/. Все позднейшие описания данного эпи­зода (например, 4-6), по-видимому, прямо или косвенно восхо­дят к трем названным первичным источникам (во всяком слу­чае, иных исходных публикаций обнаружить пока не удалось). При этом как ранние, так и поздние публикации нередко разно­гласят в ряде существенных деталей — числе участников, ко­личестве имевшегося у них оружия и, как правило, не дают точной датировки события.
Так, Б.С. Пермикин указывает на десант из 4 или 5 (с ко­мандиром) офицеров (при 2-х пулеметах) и 15 рыбаков; Г.А. Кистер сообщает о 17 добровольцах (из его текста следу­ет, что пулеметов было также 2, но в высадке участвовало 13 офицеров); Л.Ф. Зуров пишет о 5 чинах из 1-го Псковского пол­ка (при тех же 2-х пулеметах): прапорщик, 3 вольноопределяю­щихся (студент и 2 псковских реалиста) и "разведчик Васька Японцев". Из поздних авторов А.В. Смолин /4/ сообщает о 22 офицерах при 1 -м пулемете, Н. Рутыч /5/ указывает на 17 офи­церов-добровольцев, О.А. Калкин /6/ ограничиватся приведе­нием данных из описанных воспоминаний Б.С. Пермикина, Г.А. Кистера и монографии А.В. Смолина. Характерно, что большинство авторов вообще избегает как-либо датировать
Мальцев Юрий Павлович — доктор философии, доцент (Таллин).
этот боевой эпизод (что косвенно свидетельствует о неясности его датировки). Имеющаяся все же в двух случаях датировка боя также варьируется — от конца октября /6/ до начала ноября 151. Поскольку в изложении этого рейда явно много неясностей и разного рода человеческих ошибок, было бы желательно вы­явление дополнительных первоисточников — воспоминаний его очевидцев.
Как ни невероятно, спустя более 80 лет после событий та­кие воспоминания нашлись.
В материалах следственных дел НКВД 1940-1941 гг. в от­ношении бывших военнослужащих Северо-Западной армии в Эстонии автору удалось обнаружить еще одно свидетельство очевидца десанта группы офицеров Псковского корпуса на Та-лабские острова, позволяющее отчасти по-новому взглянуть на уже опубликованные сведения.
В записанных в начале 1941 г. оперуполномоченным Вирус-кого уездного отдела НКВД на допросе показаниях вероятного участника этой экспедиции Ф.А. Бронина (впоследствии началь­ника разведки и контрразведки Талабского полка) приводится не только факт, но и целый ряд конкретных деталей подготовки и проведения рейда. Поскольку запись оперуполномоченным произведена не только грамматически и синтаксически, но и фразеологически крайне безграмотно, ее цитирование возмож­но только фрагментарно.
В записи показаний зафиксировано 111, что, "как-то вече­ром" в офицерское общежитие Псковского корпуса (находив­шееся в здании Учительской семинарии) пришли офицеры кор­пуса Пермикин, Видякин и Горок и искали людей, разбираю­щихся в паровых машинах. Заявившему о знании паровых ма­шин Бронину (тогда помощнику корпусного инженера) указали найти из офицеров также кочегара и явиться с ним на следую­щий день вечером на пристань к пароходу "Елизаров" для "про­водки судна по реке Великой". Прибыв вечером с кочегаром к пароходу (добровольцемнкочегаром в показаниях назван пору­чик Борунов), Бронин увидел, что на пароход с двух подвод было погружено три пулемета, несколько ящиков с патронами и пуле­метными лентами и 25 винтовок, при этом "в каюте сидело 15 человек неизвестных рыбаков" /8/.
Далее говорится, что на полпути пароход встретили еще 10 человек "молодежи", приехавших к немцам (оккупировав­шим тогда Псков — Ю.М.) с просьбой освободить острова от несших там гарнизонную службу 35 красногвардейцев 191. Как причина просьбы указано недовольство талабчан нехваткой продовольствия — "не было хлеба". Среди "второй партии" ос­тровитян, как указано, находился также "местный житель ка­питан Федотов", описавший десанту ситуацию на острове, пос­ле чего на судне с участием талабчан был проведен "военный совет".
К острову Талабск десант, достигший численности "в 30 человек", подошел ночью, при этом в темноте сели на мель "так сильно, что пароход накренился набок". Бронин "ос­тался чинить испорченный локомобиль", т.е. судовую паровую машину, "а остальные пошли на остров, через некоторое время послышались выстрелы и вскоре гарнизон сдался, после опро­са (пленные — Ю.М.) перешли на сторону белых и таким обра­зом было положено начало Талабскому полку". В заключение этой темы в показаниях записано, что в результате объявлен­ной на следующий день на островах мобилизации отряд увели­чился до 150 человек.
Обилие реалистических деталей, не облегчающих и не ухуд­шающих положение подследственного (который сам, по пока­заниям, родом из Порховского уезда), усиливает предположе­ние о достоверности записанного. Показания повторены при­мерно через две недели, запись второго допрашивающего крат­ка, в ней, однако, указано, что в результате экспедиции красные части отступили, "понеся незначительные потери" (?!), "Талаб-ский полк (в то время еще отряд или батальон — Ю.М.) был сформирован преимущественно из местных жителей острова" и "остатков частей Балаховича" (?), "держался на острове до 28.10.1918 г." (явная ошибка, вероятно, имелось в виду 28.11.1918 г. — Ю.М.), ведя разведку по фронту, затем парохо­дом переправился "на эстонский берег" /10/. В приведенных в деле записях показаний также указано, что далее полк получил от эстонского командования (видимо, уже в порядке выполне­ния договора от 6.12.1918 г. между Северным корпусом и Эс-
тонской республикой — Ю.М.) точный маршрут с указанием стать на отдых в имении "Алакюла" (Тюри-Аллику? — Ю.М.), откуда примерно через 2 недели перешел в Усть-Нарову.
Таким образом, показания ведущего разведчика полка, в относительно хорошей, "профессиональной" памяти которого нет оснований сомневаться (часть других его показаний была проверена следствием и подтвердилась), дают основания счи­тать вероятным следующее:
•     рыбаков-талабчан участвовало в десанте значитель­но больше, чем было известно ранее (25, а не 15 чело­век), это число совпадает с указанным числом погру­женных винтовок;
•     рыбаки направлялись в Псков двумя группами, по 15 и 10 человек соответственно, причем во второй группе находились преимущественно молодые рыбаки (воз­можно, упоминаемая в советских источниках мобили­зованная красными островная молодежь);
•     во второй группе был также первый известный нам по фамилии талабчанин-проводник — "капитан Федотов";
•     общая численность десанта составляла 30 человек, следовательно, вместе с 25 рыбаками на судне нахо­дились, кроме Ф.А. Бронина и кочегара (неизвестно, входивших или не входивших в десант), еще 3-5 чинов Псковского корпуса;

Смотрите подробности широкоформатная печать круглосуточно на сайте.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Средневеликорецкий регион.
  • Псковская и новгородская губерния в годы первой мировой войны
  • Нижневеликорецкий регион.
  • Географическое положение Псковской земли
  • Интересное