Поиск по сайту

Белогвардейцы

Остров Верхний (при большевиках ему дали имя местного активиста С. Белова) уступал острову Талабску по численнос­ти жителей, однако «белогвардейских» семей здесь тоже ока­залось немало — всего 31. Его жители всегда держались как-то «на особицу», самостоятельнее, потому, наверное, и жили скром­нее. На этом острове не было ни одного каменного дома, а двухэтажными деревянными избами здесь владели только Максимовы, Шведовы, Солодовы и Анна Федотова, у которой сын, поручик Федор Федотов, вместе с семейством эвакуиро­вался с Белой армией в Эстонию21.
Большинство же рыбацких семей острова Верхнего, чьи мужья и сыновья ушли служить в Белую армию, имели только избы, в лучшем случае с сенями, очень редко хлев, и лишь один Федор Воробьев владел снетосушильной печью (его сы­новья Петр и Иван воевали в составе Талабского полка). Одна единственная старенькая избушка принадлежала Матрене Кал-киной, матери служившего поручиком в Талабском полку Ва­силия Калкина.
В списках Залитской волости значились и одиннадцать че­ловек, ушедших с белыми войсками с третьего, самого ма­ленького из островов Талабского архипелага — Талабенца22.
У талабских рыбаков брали на учет в основном дома, ам­бары, хлева, сараи, скот.
Следует учесть, что в этих списках не были учтены се­мейства островитян, которые в полном составе уходили с бе­лыми. Их имущество, понятно, конфисковалось полностью и без всякого предварительного учета. Характерна судьба од­ной из таких семей — Хромовых. Хозяин семьи, купец 2-й гиль­дии Гавриил Хромов, более тридцати лет торговал в Александ­ровском посаде (остров Талабск). После его смерти в 1913 году его мануфактурный магазин перешел во владение его вдовы Пе-лагеи Хромовой. Дважды, в ноябре 1918-го и в августе 1919 г., П. Хромовой, у которой двое сыновей служили в Белой армии, пришлось покидать остров на лодке. Поздней осенью 1919 г. она нелегально вернулась из Эстонии на восточный берег Чуд­ского озера, долго скрывалась в лесах, питалась, чем придет­ся. В мае 1920 г. ее выследили и арестовали как «белогвар-
дейку» в церкви Елеазаровского монастыря, куда она постоян­но ходила на богомолье23.
1 сентября 1921 года заседание президиума Псковского уездного исполкома, рассмотрев собранные по волостям све­дения об имуществе семей, чьи родственники служили в Белой армии, приняло решение об ускорении «незамедлительного изъ­ятия» у них имущества. При этом волисполкомы должны были взять на свой учет указанные постройки, а скот «немедленно доставить в уземотдел комкрасхозу». За неисполнение реше­ния уездного исполкома виновным грозил арест24.
Тогда же были выявлены «недочеты», то есть упущения в составлении списков семей белогвардейцев. Председатель ко­миссии по изъятию имущества, он же уполномоченный уездно­го исполкома, С. Зиновьев вместе с текстом постановления уездного исполкома шлет срочную депешу Залитскому (Талаб-скому) волисполкому. В ней он требует объяснений, на каком основании и по чьей вине не был внесен в списки «бежавших с белыми бандами» житель острова Талабенец Сергей Боров­ков, а так же почему не указано имущество белогвардейца Николая Митина25.
Однако уже 25 сентября упомянутый С. Зиновьев вынуж­ден был отсрочить конфискацию имущества на Талабских ос­тровах по распоряжению председателя Псковского уездного исполкома Глушенкова на том основании, что рыбаки стали возмущаться несправедливыми действиями властей26.
В конце сентября 1921 года состоялось заседание смешан­ной комиссии по разбору жалоб на несправедливую конфиска­цию в Залитской (Талабской) волости. Некоторым бедным семь­ям вернули амбары (Залесецкие, Ермаковы, Салаковы и др.), в то же время дополнительно были конфискованы амбары и хле­ва у Турцевых, Лякиных. Отклонена была жалоба Анны Федо­товой на конфискацию у нее всех жилых и нежилых помещений на том основании, что у нее «вся семья у белых». Не вернули корову старику Ивану Садкову, поскольку в его семье «не име­ется малолетних детей»27.
В уезд поступали жалобы и из других волостей. Так, на­пример, обратился с жалобой в так называемое консультацией-
ное бюро по прошению уездного исполкома крестьянин дер. Семухново Логозовской волости Яков Петров. У него отобра­ли корову-нетель и овцу без учета, что у него был произведен семейный раздел имущества с его братом, Матвеем Ковале­вым, который ушел с белыми войсками. Такую конфискацию Яков Петров назвал несправедливой 28.
Сколько же всего воевало крестьян Псковского уезда в бе­лой армии, или, во всяком случае, ушло с белой армией за пре­делы губернии? Ответить на этот вопрос сегодня трудно. Од­нако с определенностью можно сказать, что Гражданская вой­на имела самые разрушительные последствия для псковской деревни. Для сравнения, если в 1917 году в Псковском уезде насчитывалось 108 849 мужчин, то в августе 1920 г., согласно первой советской переписи, их насчитывалось только 68 097, то есть почти вдвое меньше. На момент проведения этой пере­писи в уезде отсутствовало всего 16 818 крестьян мужского пола29. Безусловно, в числе «отсутствовавших» были и те, кто ушел с Белой армией в Эстонию, и к тому времени не вернулся домой. Думается, при самом общем анализе имущественных списков «белогвардейских» семей таковых было не менее S ты­сяч по уезду. Здесь, понятно, не были учтены те, кто вернулся из Эстонии раньше августа 1920 года и пока еще проживал в своем доме, и те, кто перешел из белой армии в красные войска во время военных действий, а таковых тоже было немало.
Отсюда определенно можно сделать вывод, что около 15 тысяч крестьян одного Псковского уезда в той или иной мере принимало участие в Гражданской войне на стороне белых. И это не считая крестьян соседних уездов — Островского, Пор-ховского и особенно Гдовского, территория которого в отличие от других уездов Псковщины дольше других находилась под властью белых. Если учесть, что на 1920 год все население Псковского уезда составляло около 160 тысяч, то следует при­знать: по крайней мере каждый десятый житель уезда в той или иной мере был открытым противником большевистской власти.
К сожалению, подобных списков по учету имущества крестьян, служивших в Белой армии, в других уездах Псков-
ской губернии сохранилось в архивах значительно меньше, чем по Псковскому уезду, хотя и они представляют определенный интерес. Обстоятельны списки по Мошковской волости, одной из 26 волостей Гдовского уезда. Расположенная в центре Гдов-ского края, в лесистой местности, отстоящая от Чудского озе­ра на два десятка километров, эта волость вряд ли в чем-то преуспевала по сравнению с другими волостями. Во всяком случае по численности населения она явно уступала приозер­ным волостям. Так вот, в списке жителей Мошковской волос­ти, служивших в Белой армии, всего на конец ноября 1920 г. числилось 142 землепашца30. Причем в этом списке учтены только те крестьяне, которые остались дома после окончания военных действий в уезде. О тех же, кто ушел с белыми в Эс­тонию и не вернулся, список умалчивал. Кем же они были, эти 142 участника Белого движения? В основном рядовыми солда­тами, занятыми на охране мостов, служившими в железнодо­рожном батальоне, в рабочих дружинах и обозах полков, в ин­женерных ротах, в хозяйственных частях. Были среди них и пекари, и плотники, и сапожники, и писаря. Служили в извест­ных полках СЗА: Талабском, Георгиевском, Печорском, Дени-кинском, Уральском, в 5-й (Ливенской) дивизии. Их служба длилась в основном с мая по ноябрь 1919 г., то есть до отхода белых частей из уезда. Против каждого из 142 имен и фамилий значилось «убежал», то есть не ушел с частями Белой армии, а остался дома. Лишь некоторые были уволены из армии по бо­лезни или были взяты в плен красными. Любопытен их возраст­ной состав. Более 2/3 бывших белогвардейцев можно отнести к возрастной группе от 30 до 45 лет, то есть это были люди в основном самостоятельные, зрелые, семейные — они-то и ре­шили остаться дома. Большинство тех, кто ушел в Эстонию и не вернулся оттуда, — а таковых, понятно, было на порядок боль­ше, чем «оставшихся» — относились к молодому поколению крестьян или же они имели офицерские и унтер-офицерские чины и занимали нерядовые должности в СЗА.
Несомненный интерес представляет также переписка Ос­тровского уездного военкомата с Качановским волостным во­енкоматом по вопросам розыска родственников белогвардей-

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Этой темы так же касаются следующие публикации:
  • Средневеликорецкий регион.
  • Псковская и новгородская губерния в годы первой мировой войны
  • Нижневеликорецкий регион.
  • Географическое положение Псковской земли
  • Интересное