Поиск по сайту

Главная

Уважаемые гости сайта!

В контексте российской и европейской истории Средневековья Псков является выдающимся субъектом внешне- и внутриполитической деятельности государства. Его граждане дали нам примеры разумного жизнеустройства, действенного патриотизма и искусного компромисса. Они, как писал В.О. Ключевский: «выработали… нравственную силу, обнаруживавшуюся в настроении общества и в складном соотношении общественных клйссов, в гуманных и благовоспитанных нравах, которые замечали в псковичах иноземные наблюдатели».

К сожалению, история Псковской земли до сих пор не изучена комплексно, а узко специальные исследования не отражают многообразия бытия государства на берегах р. Великой. Необходимо воссоздать целостную картину становления и развития северо-западного оплотарусской государственности. Ведь ни «призвание варягов», ни становление православия, ни предотвращение завоевания и католиза-ции, ни падение тысячелетней российской монархии немыслимы вне Псковщины.
Из трех вольных городских общин (Новгород, Псков, Вятка) именно псковская выработала Судную грамоту, ряд норм которой приемлем и для гражданского общества XXI в. Неотделимы от истории Пскова выдающиеся государственные деятели — киевская княгиня Ольга, новгородский князь Александр Ярославич (Невский), литовский князь Довмонт-Тимофей, думный дворянин АЛ. Ордин-Нащокин. О масштабности подхода псковичей к проблемам страны свидетельствуют участие отряда князя Андрея Ольгердовича в Куликовской битве, соблюдение присяги Василию III во время присоединения к Москве, послания старца Филофея о Третьем Риме, героическая оборона от войск польского короля Стефана Батория.

Нравственная сила удержала псковичей от одностороннего культа военной мощи. Они созидали процветающий город, зодчие и живописцы, литейщики и каменщики которого оставили след в Москве и Казани, Кракове и Свияжске, Новгороде и Кириллове. Высокий профессионализм демонстрировали мастера денежники при чеканке псковской и московской монеты. В городе действовали Немецкий, Шведский, Любекский гостиные дворы, и в XVI—XVII вв. Псков был главным партнером Танзейского союза.
Жизнеутверждающее начало в самореализации псковичей обеспечило высокий духовный потенциал для потомков, оказавшихся уже не в водовороте захватывающих событий, а в рутине провинциального существования. На Псковщине воссиял гений А.С. Пушкина, НА. Римского-Корсакова, М.П. Мусоргского. Псковское археологическое общество и псковское краеведение стали синонимами бескорыстного служения Ее Величеству Истории. ИМ. Василев, Н.Ф. Окулич-Казарин, Л.А. Творогов и их единомышленники по крупицам собирали бесценный материал. Сегодня возродилось и действует Ольгинское общество. Клуб краеведов издает «Псковские хроники».

Полноценный, нравственно здоровый человек не может не любить историю так же, как он не может не любить свое детство, каким бы оно ни было — светлым и радостным, тяжелым или горьким. Воспоминание -одно из прекрасных качеств, неотъемлемых от духовного мира человека. История — это тоже своеобразное воспоминание. Оно наполняет сердце, дает опыт, позволяет не допустить сделанные когда-то ошибки и использовать лучшие достижения народа — то, что сберегают для себя поколения и передают друг другу. В зтом смысле, изучая историю, мы учимся будущему.

К великому сожалению, только что упомянутая связь поколений в не столь далеком прошлом была нарушена. Потери от этого для нас неисчислимы. Вот почему надо сделать все, чтобы зту связь восстановить, без этого невозможно возрождение светлого и чистого чувства истории.

Однако любое чувство, любой интерес требуют пищи. В данном случае — исторических фактов. Если в знаниях о своем детстве мы опираемся на свидетельства родителей, родственников, друзей и собственные впечатления, то с историей дело обстоит иначе. Ее нам преподносят на уроках в школе, в книгах, в фильмах и т.д. Прискорбно, но в таких случаях трактовки истории были, да и остаются подчас, предвзятыми, политизированными или заидеологизированными до такой степени, что от истинной истории остаются лишь жалкие крохи в виде имен, дат, отдельных событий. Питаясь такой отравленной пищей, историческое чувство либо гибнет, либо извращается, и зто во многом объясняет, почему мы так часто «спотыкаемся» на своем историческом пути.

В наше время одним из безусловно положительных факторов непростой действительности является снятие идеологических шор с исторического зрения. Вот почему, на наш взгляд, в последние годы усилился интерес к истории. Появилась возможность говорить историческую правду, так необходимую человеку. Правда эта заключена в первую очередь в источниках, т.е. документах — свидетелях минувших времен.
Вот почему в основе настоящей книги лежит именно источник. Чаще всего это сам документ, воспроизведенный в первозданном по содержанию виде, либо свидетельство историка, доносящего до нас отклики более или менее далеких от нас времен. Многие документы извлечены из центральных и местных архивов, что особенно ценно.
Сайт имеет разделы, в которых отражены те или иные стороны нашего прошлого. Особое внимание в ней обращено на то, о чем думали, как жили псковичи, что их волновало, огорчало или радовало, как они относились к окружающему миру, начиная с родственников и кончая представителями власти. Можно, обобщая, сказать, что в центре внимания находится характер, мировоззрение, жизнь и быт псковичей — наших предков.

В настоящем сайте предпринимается первая в псковском краеведе­нии попытка рассказать обо всех перечисленных организациях, что и составляет содержание 1-го раздела. Деятельность их оборвалась на рубеже 1920-1930-х гг., поэтому было признано целесообразным пред­ставить самостоятельную статью об изучении истории Псковского края в 1930-е гг., когда силы краеведов не были организационно объедине­ны, но краеведческая работа тем не менее продолжалась.

Краеведение — это прежде всего люди, энтузиазмом, знаниями и талантом которых спасались от уничтожения памятники материаль­ной культуры, ценные документальные богатства, писались статьи и книги, фиксировались по горячим следам для будущих поколений со­временные им явления. В большинстве своем это были представители «старой» дореволюционной интеллигенции, которых ожидала нелег­кая судьба, а многих и трагический конец. Следствием этого явилось полное забвение их имен, не преодоленное до настоящего времени. Нам зачастую лучше известны имена дореволюционных исследователей ис­тории Пскова, чем более близких 1920-1930-х гг. Из всех псковских краеведов 1920-х гг. лишь К. А. Иеропольский удостоился в конце 1980-х гг. небольшой статьи,2 в начале 1990-х — Е.М. Тихвинский,3 и более обстоятельной в последнее время — А.К. Янсон,4 что, однако, отнюдь не исчерпывает темы. О исследователях земли Псковской рассказыва­ется во втором разделе настоящего сайта.

Далеко не все они были членами общества краеведения и вряд ли считали себя краеведами вообще. Основным критерием выбора имен для написания о них статей было то, что все они оставили печатные работы по тем или иным вопросам истории Псковского края. По этой причине отсутствуют рассказы, например, о таких деятельных псков­ских краеведах, как А.И. Дзенс-Литовский и СМ. Чистовский, темой изучения которых была природа Псковского края. Исключение составил лишь В.К. Гринкевич, статья о котором включена в настоящую книгу потому, что этот человек был одним из первых организаторов краеведческой работы в Пскове в послереволюционные годы. Специ­ального рассказа заслуживал И.Н. Ларионов, но расцвет его творчес­кого долголетия пришелся уже на послевоенные годы. Мы же ограни­чиваемся периодом 1920-1930-х гг., лишь в отдельных случаях выходя за рамки этих лет. Ряд наших рассказов об отдельных краеведах уже был опубликован в журнале «Псков» и других изданиях, но ограни­ченный объем журнальных статей не позволил рассказать о них во всех подробностях. К тому же в процессе дальнейшего изучения темы выя­вились новые материалы, которые нашли отражение в настоящем из­дании. Все ранее опубликованные статьи печатаются здесь в расши­ренном варианте, в отдельные внесены изменения и уточнения, другие же выходят в свет впервые. Рассказ о конкретных людях и судьбах — это одновременно и повествование об организациях и учреждениях, где эти люди работали — музеях, архивах, учебных заведениях, школах, а так­же о десятках их коллег и товарищей по работе. К сожалению, не все­гда было возможным установить по имеющимся источникам даже их инициалы, поэтому называются лишь фамилии. В ряде случаев при­шлось допустить повторы в статьях первого раздела со статьями вто­рого, отдельные статьи сопровождаются приложениями.

При исследовании темы были тщательно изучены документаль­ные богатства псковских архивов: Государственного архива Псковс­кой области (ГАПО) и Государственного архива новейшей истории Псковской области (ГАНИПО), в которых, однако, материалы о дея­тельности общества краеведения, Истпарта и Истомола, как и отдель­ных их представителях, самостоятельными фондами не представлены. Сведения, поэтому, приходилось собирать буквально по крупицам. Многое дало обращение к следственным делам репрессированных, хра­нящимся в Отделе регистрации и архивных фондов УФСБ РФ по Псков­ской области (ОРАФ УФСБ РФ по ПО), что позволило уточнить био­графические сведения и проследить конкретные судьбы. Всесторонне­му изучению подверглась местная периодическая печать: газета «Псков­ский набат» и сменившая ее в 1930 г. «Псковский колхозник», журналы «Вестник Псковского учительства», «Единая школа», «Вольное искус­ство», «Известия Псковского губкома РКП(б)» (в 1926-1927 гг. — «Спут­ник большевика»), издававшиеся в Ленинграде журналы «Просвеще­ние» и «Ленинградская область», центральные краеведческие издания — «Краеведение», «Известия Центрального бюро краеведения», «Совет­ское краеведение» и др.

Какой получился сайт — судить читателю. Но одно можно ска­зать: точку в изучении псковского краеведения ставить еще рано. Мы пользовались в основном фондами псковских архивов, обращение же к материалам центральных архивохранилищ, несомнен­но, даст дополнительные сведения, позволит, возможно, уточнить мно­гие данные. Возможно и расширение перечня имен, а также организаций. Имеются, например, упоминания о существовании в Пскове Комиссии по истории профес­сионального движения (Истпроф), которая, однако, не оставила зна­чительного следа в виде опубликованных работ. Тем не менее требу­ются дальнейшие поиски, как и в отношении реализации в Пскове упо­мянутых в настоящей книге инициатив A.M. Горького по написанию «Истории гражданской войны в СССР» и «Истории фабрик и заводов».

Псковский край с его богатой неповторимой историей издавна привлекал внимание как столичных, так и местных исследователей. Уже в конце XVIII в. появился на свет первый труд по истории Пскова -«Историческое описание г. Пскова и его древних пригородов с самого их основания, заключающее в себе многие достойные любопытства необходимости» Н. Ильинского, вышедшее в С.-Петербурге в 1790 г. В 1820-х гг. в Пскове жил и изучал местную старину Митрополит Евге­ний (Болховитинов), труд которого «История княжества Псковского» вышел в Киеве в 1831 г. В дальнейшем изучение псковской истории было связало с именами А.С. Князева, Н.И. Серебрянского, И.Ф. Годовико-ва, Д.А. Толстого, А.И. Никитского, И.Д. Беляева к др. 1870-е гг. озна­меновались созданием Псковской археологической комиссии (1872 г.), а 1880-е-деятельностью Псковского археологического общества (с 1880 г.) с именами И.И. Василева, К.Г. Евлентьева, А.А. Заборовского, Ф.А. Ушакова, Н.Ф. Окулич-Казарина и др. Труды Л.И. Софийского, Е.ЕЛе-бедева, Н. Панова, А.А. Редика, Н.В. Затейщикова-Второго дали об­стоятельные очерки городов Опочки, Порхова, Острова, Великих Лук, Холма.

Продолжало действовать археологическое общество и в течение ряда лет после Октябрьской революции — в 1920-е гг., которые по пра­ву называются «золотым веком» советского краеведения. В Пскове орга­низовалось и действовало губернское краеведческое общество, на мес­тах — уездные общества, кружки и ячейки, занимавшиеся изучением ис­тории, культуры, природы, этнографии, фольклора, производительных сил и других сторон жизни края. Установились тесные контакты обще­ства с академическими учреждениями — Академией наук, Академией истории материальной культуры (АИМК), Археографической комис­сией, Географическим обществом и др. В то время, когда в крае не было крупных научных учреждений и высших учебных заведений, общество краеведения выполняло ведущие функции в области различных наук, стало одним из форм привлечения масс к изучению края. При губкоме РКП(б) действовало местное отделение Комиссии по истории Ок­тябрьской революции и Коммунистической партии (Истпарт), при губ­коме РКСМ — Комиссии по изучению истории молодежного движения (Истомол). Хотя последние две организации не имели статуса краевед­ческих, они тем не менее очень много сделали в плане собирания, обра­ботки и популяризации материалов по истории революционного дви­жения, событий иностранной интервенции и гражданской войны.

Между тем, ни одна из указанных организаций глубокому науч­ному анализу до сих пор не подвергалась. Чаще всего современные исследователи ссылались на выпущенные Псковским обществом крае­ведения четыре сборника «Познай свой край», давно уже ставшие биб­лиографической редкостью, а изучающие историю революционного движения — на заметки сотрудников Истпарта. Сам же процесс созда­ния и функционирования общества краеведения освещения в литерату­ре почти не получил (за исключением фрагментарных сведений в рабо­тах общего характера). То же самое можно сказать и о местном бюро Истпарта, деятельности которого частично касался С.А. Иванов,1 и Истомола.

 

Хочется выразить сердечную благодарность и искреннюю призна­тельность сотрудникам ГАПО и ГАНИПО, отдела краеведческой литературы Псковской областной универсальной научной библиоте­ки, отдела рукописных и старопечатных книг Псковского музея-запо­ведника (Древлехранилище), библиотеки Псковского пединститута имени СМ. Кирова, кафедре отечественной истории ПГПИ, всем, кто помогал добрыми советами и проявлял заинтересо­ванное сочувствие.

Но и в этих условиях краеведение могло бы успешно развиваться и дальше, однако на рубеже 1920-1930-х гг. ему был нанесен непопра­вимый ущерб. Хотя краеведческая работа полностью не угасла, специ­альных организаций, координирующих ее, не стало, а многих признан­ных краеведов ожидал трагический исход. В судьбе советского краеве­дения рубежа 1920-1930-х п., как в зеркале, отразилась история стра­ны: он стал и концом краеведения, и относительной нэповской свобо­ды с ее урезанной демократией.
Восстановить историческую правду, ликвидировать «белые пят­на» в истории псковского краеведения, вернуть доброе имя тем нашим соотечественникам-краеведам, которые были несправедливо забыты или оклеветаны и составляло главную задачу настоящего труда, тем более, что опыт краеведов 1920-1930-х гг. может быть использован при возрождении краеведческого движения в современные условиях.
Попытка возобновления деятельности общества краеведения в Пскове в 1948 г. не увенчалась успехом, однако историческое краеве­дение в древнем городе стало набирать силу. В 1945 г. в Псковском пединституте был открыт исторический факультет, ученые которого постепенно включались в изучение различных страниц и проблем исто­рии края. Статьи их все чаше появлялись на страницах «Ученых запи­сок» института, первый том которых вышел в 1952 г., в литературном альманахе «На берегах Великой», выходили под грифом Псковского краеведческого музея отдельными изданиями. Издал музей и ряд цен­ных брошюр своих сотрудников. Анализ их — тема особого изучения. Под­черкнем лишь, что в послевоенные годы организации, которая объеди­нила бы силы краеведов подобно обществу краеведения 1920-х гг., так и не появилось. Состоявшаяся в 1989 г. учредительная конференция Псковского областного общества краеведов, поставившая целью его возрождение, не повлекла, однако, активной организованной работы. В начале 1990 г. на учредительном съезде российских краеведов в Челя­бинске был создан Союз краеведов России, но в Пскове его отделения организовано не было. Лишь в 1999 г. при Псковской областной уни­версальной научной библиотеке образовался клуб краеведов, привлек­ший любителей родной истории и энтузиастов-краеведов, хотя и не за­меняющий собой краеведческое общество. На заседаниях его подни­маются многие вопросы истории края, заинтересованно обсуждаются проблемы сохранения исторического и культурного наследия, прохо­дят презентации новых краеведческих изданий и др.

Несмотря, однако, на разобщенность ученых и краеведов, после­военные годы отмечены появлением солидных монографий и популяр­ных работ по истории Псковщины, значительно превзошедших по сво­ему научному уровню работы краеведов 1920-1930-х гг. Тем не менее, те годы остались в истории псковского краеведения яркой, неповтори­мой страницей, временем становления краеведческих организаций, де­ятельности целой плеяды талантливых краеведов, к работам которых полезно обращаться и сегодня.

Интересное